Судить буду сам

Без приглашения сев напротив начальника областного УВД, гость недвижимым, удавьим взглядом воззрился на хозяина кабинета и без каких-либо предисловий жестко не то что потребовал, а, скорее, приказал:

– Найти виновных в гибели моего сына! Любой ценой! Во что бы то ни стало!

– Это само собой разумеется, Альберт Филиппович! – чуть заметно кивнул Чубареев – его покоробила нарочито высокомерная интонация визитера. – Это дело поручено расследовать лучшему оперативному сотруднику УВД, майору Данилину. Я думаю, он быстро сможет найти тех, кто стал причиной гибели вашего сына и его друга.

В этот момент в кабинете, скороговоркой спросив: «Позвольте войти?», появился еще один гость, в отличие от первого – объемистый в талии, щекастый и приземистый.

Несмотря на свой добродушный вид, каким обычно отличаются толстячки, этот господин так же не страдал отсутствием амбиций. Чубареев хоть и не сразу, но узнал его – это был ректор института управления и администрирования Аристарх Забунто.

– Господа! – прямо с порога заговорил ректор.

 – Свершилось страшное злодеяние – зверски загублены две молодые жизни. Я надеюсь, наша милиция сможет кого-то найти хоть на сей раз? – Он осуждающе посмотрел на хозяина кабинета.

– По поводу вашего «хоть». Что конкретно вы имели в виду? – Чубареев хмуро воззрился в его сторону.

– Что? Я же не глухой, не слепой… – Тоже садясь напротив начальника областного УВД, Забунто гневно сверкнул очами. – Читаю прессу, смотрю ТВ… Вот не так давно была скандальная информация о происшествии в Наковальском.

Что творится?! Отморозки распоясались! Тех негодяев, я так понимаю, вы не нашли. Но хотя бы убийц наших детей вы найдете?

– Мы сделаем все возможное, Аристарх Геннадьевич, – с непонятным сожалением глядя на него, пообещал тот. – Но хотел бы задать вам, господа, один вопрос: вы не припомните, где в тот день, когда в Наковальском убили парня и похитили его невесту, были ваши сыновья?

Ответом ему была долгая пауза. В кабинете повисла разом сгустившаяся тишина, а оба визитера, обменявшись удивленными взглядами, повернулись к Чубарееву.

– В-вы хотите сказать, что мой Ромка был замешан в каких-то уголовных делах? – дергающимися губами выдавил Фоломьев.

– Это немыслимо! Вешать на погибших мальчишек грязную уголовщину?! Бред! – вспылил Забунто.

– Господа, господа! – устало глядя на своих не в меру эмоциональных гостей, начальник облУВД, поморщившись, расслабленно помахал в воздухе кончиками пальцев. – Успокойтесь. Пока никто на них ничего не вешает.