Судить буду сам

И, надо сказать, не без его усилий…

Жанна росла, что называется, в «неполной семье» – с одной мамой, поскольку папа еще до ее рождения укатил в неизвестном направлении, не позаботившись сообщить свой новый адрес. Потом появился новый «папа», которого мама очень скоро выставила за порог по причине хронического пьянства. Потом был еще один – патологически ленивый тип. Третьего уже подросшая Жанна «папой» назвать не захотела и звала дядей Леней. Когда ей стукнуло четырнадцать, она вдруг стала замечать, что дядя Леня начал питать к ней не совсем родительские чувства.

Не посмев жаловаться маме, с этого момента Жанна жила в режиме перманентного стресса. В те часы и дни, когда матери дома не было, она или засиживалась у подруг, или спешила к бабушке на другой конец города. Дядя Леня очень возмущался недоверием, каковое по отношению к нему проявляла падчерица. Но девушка, у которой достаточно рано сформировался самостоятельный, независимый характер, подобные демарши игнорировала.

Более того, вместе с подругой она начала посещать секцию самообороны для девушек и женщин, которую на общественных началах в одном из спортзалов вел отставной опер.

Жанне было уже восемнадцать, когда «папочка», улучив момент, в отсутствие матери напал на нее сзади. Сдавив горло девушки своими жесткими, сильными пальцами, отчего она даже потеряла сознание, он поволок свою жертву в спальню, надеясь наконец-то «обломать» неуступчивую падчерицу. Но… На мгновение придя в себя, Жанна нанесла подонку сокрушительный удар локтем в солнечное сплетение.

Когда старший лейтенант Данилин увидел перед собой юную подозреваемую, то сразу же понял, что если это большеглазое создание отправится в тюрьму, ему надо будет достать свой пистолет и застрелиться. И он немедленно оформил отказную в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления.

Через два месяца они поженились. Через год у них появился сын. Его назвали Максимом. Потом появилась и дочка, Иришка. Когда они с Жанной и детьми прогуливались по улице, до них не раз доносилось: «Боже, какая красивая пара! Какие у них чудесные дети!» В такие моменты Жанна сердито шептала:

– И чего нахваливают? Господи!.. Уж какие есть, такие есть. Как бы не сглазили…

Данилин над ее опасениями посмеивался, считая их пустыми женскими страхами.