Сумасбродка

Убедившись в неизбежности того, что вот-вот должно было произойти, Грей стал медленно подниматься по парадной лестнице, не сомневаясь, что верный Куинси смотрит ему вслед, не находя себе места от тревоги и догадок. Но что он мог ему объяснить? Что хозяин поднимается к себе в спальню, чтобы заняться любовью с женой, которая оказалась его сестрой?

Тут он расхохотался и продолжал глупо улыбаться даже тогда, когда увидел спешащего ему навстречу Хорэса.

Глава 26

Сидя в ванне, окутанный облаками горячего пара, Грейс пытался успокоиться, но рассказ Хорэса, стоявшего тут же с большой махровой простыней в руках, вряд ли мог способствовать улучшению его настроения.

— Нынче ночью здесь был настоящий ад, милорд. Ее милость металась по всему дому, проверяла все комнаты и расспрашивала всех и каждого о том, куда вы могли деться. Мне пришлось запастись книгой потолще и укрыться в погребе, иначе она отыскала бы меня и не отпустила, пока не сумела бы докопаться до правды. Я слышал, как она рычала на челядь — не хуже собаки, у которой отняли кость, и поэтому сидел в погребе до полуночи.

Потом пришел Куинси и сказал, что миледи взяла трех дюжих лакеев и в карете отправилась искать вас по городу. Она, конечно, испугалась сверх всякой меры — ведь от вас не было ни записки, ни курьера. Даже тетушки принимали участие в поисках. А маленькая девочка не переставала плакать, видя, как расстроена ее сестра. Ее милость вернулась посреди ночи, но не ложилась спать — все ждала, все ходила взад-вперед по гостиной и только уже перед самым рассветом поднялась в спальню.

Грей все это время машинально тер мылом свое колено.

— Они все равно не сумели бы меня отыскать, — буркнул он и глянул на Хорэса. — Я был у реки, смотрел на воду и думал о том, как время уносит нашу жизнь.

Барон замолчал и больше, пока мылся, брился, одевался и причесывался, не проронил ни слова. Наконец он снова стал походить на джентльмена, и только выражение его лица свидетельствовало о глубокой душевной муке.

Грей неслышно прошел в спальню.

Часы на каминной полке показывали восемь тридцать утра. У него было такое чувство, будто он находился здесь в последний раз не меньше десяти дней назад! Голова его разрывалась от хранившейся в ней тайны, готовой уничтожить их обоих. Ах, как ему не хватало сейчас сумерек, чтобы смягчить остроту жуткой реальности!

Джек, закутавшись в одеяло, сидела на подоконнике; светлые волосы свободно рассыпались по плечам. Она следила за Портмен-сквер.