Сумасбродка

Ну что ж, пусть пеняет на себя.

Грей почувствовал, как вскипает в жилах кровь, и вкрадчиво произнес:

— Грязный маленький паршивец! Никуда ты от меня не уйдешь!"

"С этими словами он вцепился вору в ногу и рывком сдернул его на землю, а затем отвесил ему здоровенного пинка, стараясь попасть по ребрам. Он был очень доволен, услышав смачный хруст. Ну вот, по крайней мере не промахнулся. Черт побери, ну и костлявый же попался щенок!

— Проклятый недоносок! Я тебе все ребра переломаю!

— Ты их уже переломал!

Судя по голосу, вор действительно был совсем сопляком.

От боли он тоненько застонал. Наглый тощий воришка — теперь-то Грей разглядел это как следует! Эта гнусная обезьяна решилась свести у него чистокровного жеребца и не успела совершить кражу лишь благодаря случайности!

— Погоди, я еще только начал! Я тебе покажу, как красть моих лошадей, чертов ублюдок! — Грей наклонился, схватил вора за плечо и рывком поднял на ноги.

Он тряс мерзавца что было сил и уже готов был, злорадно улыбаясь, врезать негодяю по физиономии, но тут вор умудрился пнуть своего мучителя по коленке.

Барон взвыл от боли и, ухватив мальчишку за шею, прижал его к стенке денника, в котором стоял Вильгельм Завоеватель. Огромный жеребец пронзительно заржал. Ему туг же откликнулся Брюстер.

— А ну не шуметь! — повелительно крикнул Грей. — Я мигом вышибу дух из этого щенка за то, что он попытался свести Дурбана, у которого наверняка помутилось в башке, раз он позволил ему это!

Сам Дурбан в эту минуту невозмутимо стоял рядом и жевал сено.

Грей посмотрел на вора, который бессильно повалился на солому, ошалело тряся головой, — и расхохотался:

— Что, мозги отшибло, придурок? А ну вставай, тощая скотина! Я собираюсь переломать тебе еще пару-другую ребер!

Но вор даже не двинулся с места. Он лежал теперь совершенно неподвижно, и Грею пришлось самому наклониться, чтобы поднять его на ноги.

— Только попробуй снова пинаться — будешь лететь отсюда до самой Темзы! — Он грубо встряхнул обмякшее тело. — И не вздумай скулить, щенок! — С этим напутствием Грей ударил негодяя в челюсть и затем отпустил. Вор снова растянулся на полу. — Это тебе задаток! А ну-ка поднимайся, черт бы тебя побрал!

Однако вор по-прежнему лежал не шелохнувшись.