Сумасбродка

Лорд Рай без труда сообразил, о чем идет речь, и они мигом столковались. Если я стану женой лорда Рая, то отчим получит двадцать тысяч фунтов из моего наследства, а лорду Раю достанутся остальные сорок. Я сама видела через замочную скважину, как они ударили по рукам.

Едва Джек закончила свой взволнованный рассказ, как Грей с деланной небрежностью поинтересовался:

— Полагаю, этот джентльмен вряд ли привлекает тебя в качестве жениха?

— Он просто мерзкий ловелас, да к тому же еще и садист. Скорее всего его первая жена скончалась по его вине — по крайней мере все сплетницы в округе только о том и шепчутся, как он напивался и бил ее смертным боем.

Две его следующие жены умерли родами, и теперь у него осталось шестеро детей от трех разных жен. Он настоящий богач, можешь мне поверить, но люди такого сорта не постесняются стянуть с блюда для пожертвований две монеты, после того как положат туда одну. Впрочем, именно это и сблизило с ним моего отчима. Пройдоха всегда сумеет разгадать другого пройдоху за милю.

Грей, который и до этого слышал немало о Кэдмоне Келберне, виконте Рае, также не мог сказать об этом джентльмене ничего хорошего.

К превеликой жалости, Всевышнему было угодно наградить его тремя сыновьями. Вряд ли у мальчиков будет возможность вырасти порядочными людьми. При одной мысли о том, на какую судьбу лорд Рай обречет Джек, получив права хозяина и супруга, Грею стало не по себе.

Он выпрямился в кресле и спросил, внимательно глядя в лицо девушки:

— Надеюсь, теперь ты можешь наконец сказать, как тебя зовут? Я имею в виду твое полное имя.

— Уинифред Леверинг Бэскомб. Моим отцом был Томас Леверинг Бэскомб, барон Йорк.

— Господи, так, значит, ты — дочь Бэскомба? — От неожиданности Грей чуть не свалился с кресла.

— Ты знал моего отца?

Грей только кивнул, а потом начал смеяться и никак не мог остановиться.

— Ну хватит, милорд, в чем дело? И при чем тут мой отец?

— Ах, Джек…

— Отец звал меня Леверинг!

— Если ты не возражаешь, в данный момент я бы предпочел оставить тебя Джеком!

— Джорджи зовет меня Фредди.

Барон наклонился и прижал ей палец к губам, а затем промолвил, внимательно глядя в прелестные синие глаза:

— Твой опекун, лорд Берли, ко всему еще и мой крестный!

— Неужели? Но этого не может быть! Подумать только… — Некоторое время Джек, растерянно моргая, смотрела на Грея, затем задумчиво произнесла: — Жизнь выкидывает подчас очень странные штуки, верно?

— Да. Похоже, мы и понятия не имеем о том, сколько тайных нитей нас связывает.