Сумасшедший декабрь (СИ)

Не сжимаю — фиксирую, вынуждая смотреть в глаза. — Двигайся!

Нас обоих потряхивает, кислорода катастрофически мало.

Двигается, раскачиваясь на мне. Слишком медленно. Мне нужно больше. Вколачиваюсь в нее бедрами снизу, еще и еще, усиливая толчки. Глубоко, резко… В глазах темнеет.

— О боже, нет! — срывается с ее губ.

— Что «нет»? — хватаю ее бедра, приподнимаю и опускаю на себя, задавая нужный темп. — Остановиться? — замираю.

— О нет, нет, не смей, — сама хватает меня за шею, давит, слегка дезориентируют. Не мешаю, мне горячо.

Внутренности обжигает. — Не смей останавливаться! — такая дикая кошка сейчас. Наращиваю темп, вбиваясь в нее снизу. Еще и ещё, пока мы не начинаем задыхаться, теряя связь с этим миром.

Мышцы ее лона сжимаются, сокращаются, стискивая меня до боли. Член пульсирует, головку распирает. Отрываю ее руку от своей шеи, впиваюсь в губы, глотая стоны экстаза. Кончаем почти одновременно. Остро, на грани маленькой, сладкой смерти. Больно. Грудь сжимает.

— Я… — хочу снова признаться ей в любви, но глотаю слова.

Что-то мешает — наверное, неуверенность, что ей это нужно. Слишком много хочу от нее.

Кристина падает на меня без сил, опуская голову на плечо, зарываюсь в ее волосы, массирую затылок. Мокрые, горячие, глотаем воздух и молчим.

Я, в принципе, все сказал.

Прикуриваю сигарету. Затягиваюсь. Глубоко, до жжения в легких. Кристина тянется, пытаясь забрать у меня сигарету. Не отдаю. Сам подношу к ее губам. Наблюдая, как затягивается, как с ее губ слетает струйка дыма.

Красиво. Где-то на сиденье, рядом с нами, вибрирует ее телефон. Нащупываю его, смотрю на экран.

Отдаю ей телефон. Хмурится, скидывает звонок, утыкается носом в мою шею, словно ищет защиту. И я защищу, главное — желание Кристины принять от меня эту защиту. Что не так? Выгляжу ненадёжно?

Телефон вибрирует снова и снова. Королева не реагирует. И вот когда эта вибрация начинает действовать мне на нервы, меня срывает.

— Ответь! — голос требовательный и категоричный. Поднимается, заглядывает мне в глаза, словно что-то ищет.

Да я весь открыт нараспашку. Проводит по экрану, подносит телефон к уху.

— Да, — спокойно отвечает, смотря мне в глаза. Точнее, это я не отпускаю ее взгляд, мне хочется считать каждую эмоцию.

— Почему я приехал за тобой на работу и не наблюдаю тебя здесь?

Мы очень близко, и я слышу каждое его слово. В его голосе охуительная претензия. Хочется вырвать у нее трубку и объяснить, почему ее там нет, но я сдерживаюсь, сжимая челюсть.