Сумасшедший декабрь (СИ)

— Я тебя умоляю, принудительные работы — это все лишь прикрытие для твоего электората. Смотри, народ, мой сын не ушел от наказания, — вновь беру телефон и пишу Севе, чтобы ждали меня в «Молекуле».

— Думаешь, можно творить, что хочешь? Напиваться, вести себя развязно, съездить по морде майору полиции, который нашел у тебя наркотики, размахивать стволом и остаться безнаказанным?!

— Я тебя умоляю, какая наркота?! Травка это была, которой менты сами банкуют.

— Хватит! Отмазывать больше я тебя не собираюсь, ты либо отрабатываешь в теплом месте, либо садишься за уклонения от принудительных работ! — заводится так, что начинает брызгать слюной.

— Элька, не спи! — тормошу дочь, которая чистит зубы с закрытыми глазами.

Как я ее понимаю — сама крашу ресницы в полудрёме. Подъёмы у нас ранние. В отпуск хочется. Особенно зимой, когда погода вгоняет в депрессию. Это только за городом красиво снег серебрится, а в городе она грязная и удручающая. Года три мы уже нигде не были. То одна проблема, то другая. А я смертельно устала.

— Я спать хочу, можно я останусь дома с папой? — ноет Эля, не желая идти в сад.

— Спроси у него, — предлагаю я, заведомо зная, что Юра откажет. У него обязательно найдутся очень важные дела, которые не принесут пользу нашей семье, но создадут видимость его бурной деятельности. Так сложилось…

Дочь быстро полощет рот, умывается и несется на кухню к отцу.

Элька уже за столом, хмуро жует хлопья с молоком. Не вышло уговорить отца. Дуется.

— Завтрак, — предлагает Юра, указывая на сковородку с омлетом. Мой муж хорошо готовит, но по утрам я не ем. Юра это знает, за десять лет брака, кажется, мы выучили друг друга вдоль и поперёк. Но с тех пор, как в нашей семье стала зарабатывать я, он каждое утро готовит нам завтрак.

— Нет, только кофе, — качаю головой, сажусь рядом с Элей и отпиваю глоток горячего напитка.

— Крис, нужно как-то пересмотреть свой образ жизни. Кофе на голодный желудок ни к чему хорошему не приведёт. Не хочешь есть — выпей йогурт, чай, в конце концов, — читает мне нотации, уплетая свой омлет. — Хотя бы бутерброд с сыром съешь.

— Я поем на работе, — беру чашку и ухожу в комнату собирать сумку. — Элька, ешь быстрее. Опоздаем! — кричу дочери.

Настроение сегодня отвратительное. Сама не знаю почему.