Сумасшедший декабрь

Я хотел, чтобы женщина оказалась в моих объятиях ради меня, а не из-за обиды ушла от мужа. Но ее вера в семью и святость Юры выводят меня из себя, заставляя совершать вот такие показательные выступления. Я надеюсь, что в ней нет любви к мужу. Там чувства долга, привязанности, ответственности и порядочности, которые не позволяют ей разрушить выстроенные годами иллюзии.

Она же ведь отвечала мне?

Отвечала.

Отдавалась.

И вот я хочу все это. Отобрать у другого мужика и эгоистично забрать себе.

«Наш муж» не заставляет долго себя ждать.

Выходит на парковку, прикуривает, проходится, с кем-то разговаривая по телефону. Кристина дергается, но я блокирую двери.

— Подожди, не торопись."

"Кивает, кусая губы, продолжая пристально наблюдать за мужем. А я смотрю на нее. Взволнованная, растерянная, трогательная. Словно ребёнок, которого обманули. Будто отказывается верить в происходящее. Нервничает, то сжимает сумку, то разжимает. Волосы собраны вверх, и мне отлично видна ее родинка за ушком.

Хочу ее. Хочу зацеловать эту родинку. Еще больше хочу нашептать Крис на ушко что-то горячее или нежное, чтобы забыла на хрен своего мужа.

Юрий заканчивает разговор, идет к своей машине, пинает по колесам и что-то ищет в багажнике.

— Может, он просто еще не уехал, задержался по каким-либо причинам…

Пытается оправдать своего мужа в моих глазах. Но я-то знаю, что все не так, как ей хотелось бы. Она, скорее, себя хочет переубедить. Но… жизнь полна разочарований.

Нужно безжалостно вычёркивать тех людей, которые тянут тебя вниз.

Без сожаления.

— Позвони. Узнай, где он, — предлагаю я. Слушается, вынимает телефон с разбитым экраном, набирает номер. Ждет, внимательно наблюдая за мужем. Он вынимает телефон из кармана, долго смотрит на дисплей, оборачивается на главный вход, но все же отвечает, облокачиваясь на свою машину.

— Привет, мышка. Соскучилась уже?

Мышка.

Меня передёргивает от его «мышки». Олень, бл*дь! Как можно такую женщину называть мышкой?

— Привет, — Кристина старается говорить спокойно.

 — Юр, а ты где? — в голосе столько надежды. Но чуда не будет, королева. Это больно, но так надо. Тебе надо. Мне надо. И твоему мужу тоже надо.

— Ну как где? В Обнинске я.

Ухмыляюсь.

— Что ты сейчас делаешь? — уже разочаровано спрашивает она.

— Да мы здесь с Серёгой возле части торчим. Ждем, когда выйдет прапор и озвучит нам цены на двигатель.

Сказочник, мать его.