Сумерки

— Ну же, я никому не скажу, мне просто интересно, — я постаралась, чтобы улыбка вышла соблазнительной, гадая про себя, не слишком ли пересластила.

Не слишком — он выглядел решительно соблазненным. Подняв вверх одну бровь, он улыбнулся мне в ответ.

— Ты любишь страшилки? — зловеще спросил он. Хрипотца в его голосе стала заметнее.

— Обожаю! — я изобразила восторг, не забыв про томный блеск в глазах.

Джейкоб подошел к лежавшему на песке дереву, чьи корни торчали в разные стороны, как бледные лапы обессилевшего гигантского паука.

Он легко вспрыгнул на толстый узловатый корень, а я уселась пониже — на стволе дерева. Он долго смотрел на камни, в уголках широких губ играла улыбка. Он явно хотел преподнести мне эту историю как можно аппетитнее, и я старалась, чтобы мои глаза сияли, отражая живейший интерес к его рассказу.

— Ты знаешь хоть одну из наших старых легенд о том, откуда мы произошли? Племя квилеутов, я имею в виду? — начал он.

— Увы, нет, — призналась я.

— Ну, есть много легенд, некоторые восходят ко временам потопа — например, о том, как квилеуты привязали свои каноэ к макушкам самых высоких деревьев на вершине горы и выжили, как Ной и его ковчег, — он улыбнулся, показывая мне, как мало смысла видит в старинных сказках.

— Другая легенда гласит, что мы произошли от волков, а поэтому волки — наши братья. По закону племени мы не должны их убивать.

— Про холодных? — спросила я, и мне уже не надо было притворяться заинтересованной.

— Да. Некоторые истории про холодных такие же старые, как легенды про волков, но есть и те, что возникли недавно.

Например, мой прадедушка знал некоторых из них. Он заключил договор, и по этому договору они не ходят на нашу землю.

— Твой прадедушка? — подтолкнула я.

— Он был вождем, как и мой отец. Знаешь, холодные — естественные враги волков. Ну, не совсем волков, а только тех волков, которые превращаются в людей, как наши предки. Ты бы назвала их оборотнями.

— У волков-оборотней есть враги?

Я уже по-настоящему уставилась на него, стараясь прикрыть нетерпение маской восхищения.

— Таким образом, — продолжал Джейкоб, — Холодные — наши давние враги. Но стая, которая пришла на нашу территорию во времена прадедушки, была особенной. Они не охотились так, как остальные холодные, и не представляли опасности для племени. Поэтому мой прадедушка заключил с ними сделку. Если они обещают не заходить на наши земли, мы не выдадим их бледнолицым, — он подмигнул мне.