А Эмми была похожа на Рори.
Идеальная для меня.
Когда позволяла себе это.
Рори протянул руку вперед и вытащил длинный, уже полностью эрегированный член Мики из штанов, начал гладить его, ускоряя темп и увеличивая напор толчков. Он запрокинул голову назад, зарычав. Мика сотряс полку, крепче вцепившись в нее, книги посыпались на пол, когда Рори кончил, израсходовав себя.
Едва переведя дух, парень толкнул Мику на диван, стянул с него брюки, опустился на колени и взял его в рот.
Пресс и руки Мики напряглись. Спустившись на край сиденья, он поглаживал голову Рори, притягивал его к своему члену раз за разом.
– Ты когда-нибудь делала это с мужчиной? – спросил я у Эмери.
Она попыталась отстраниться, словно только что проснулась и поняла, что я здесь.
– С тобой не делала, – возразила девушка.
Развернув Эм, сунул руку прямо ей в гребаные штаны и погрузил пальцы в ее киску – горячую и влажную, как я и думал.
Она пискнула. От контакта с ее плотью по руке пробежали мурашки. Я поймал нижнюю губу девушки зубами, такой возбужденный и твердый от того, насколько сильно соскучился по ней.
Все мои друзья любили контроль. Им нравилось удерживать женщин, заставлять их умолять, будто Рика, Бэнкс и Уинтер были их игрушками.
Но не я.
Эм доминировала надо мной, и мне не хотелось ничего другого. В классе, в библиотеке, в кинотеатре, в моем пикапе… То, как она распоряжалась моей задницей, было лучше реального секса.
Порой я бывал плохим мальчиком, поэтому нуждался в дисциплинарных мерах.
Она зарычала, пытаясь оттолкнуть меня, однако я, подняв руку, потер блестящими пальцами ее лицо.
А потом завладел ее ртом, целуя, кусая, посасывая и оттягивая сладкие губы. Эмми не сдержала стон, прежде чем вновь попыталась вырваться.
– Я знаю, ты умеешь терпеть побои, – прошептал я, – однако к подобному не привыкла.
Ворвавшись в гостиную, я повалил Эмери на второй диван, не обращая внимания на Мику и Рори, все еще трахавшихся в нескольких метрах от нас, упал на нее сверху, распахнул рубашку, схватил за лифчик между грудями, дернул изо всех сил и услышал, как он разорвался, обнажив ее прекрасную золотистую кожу.
Она боролась, отмахиваясь от меня. Я прижался к ней. Когда ее ноги раздвинулись, улыбнулся.
– Бэй меня, – произнес я шепотом и поцеловал. – Бэй за всех тех девок, которых я трахал после тебя. За все ночи, когда забывал о тебе, когда меня доводили до исступления сиськи и задницы в десять раз горячее твоих.
– В десять? – с издевкой повторила Эм. – Серьезно? Да ладно.
