Во всяком случае, пока нет.
– Запугивание не поможет никак выработать послушание и преданность, – сказал я. – Преданность можно только заслужить.
Эйдин замолчал, пока я брил его щеку и подбородок. Черт возьми, он знал, о чем я говорю. Мика, Рори и Тэйлор не уважали его. Они его боялись.
– Я знаю, – наконец ответил он. – Ты не смог заставить ее остаться в доме. Мне же не нужно было поднимать руку, чтобы она осталась. – Он посмотрел на меня. – Мне даже не пришлось повышать голос. Это и есть преданность.
Мое лицо дрогнуло.
– Ты владеешь ее сердцем, но сейчас ее разум принадлежит мне, – поддразнил он. – Как ты думаешь, кого будет слушать такая женщина, как Эмери Скотт?
Мне не пришлось обдумывать ответ. Дрожащей рукой провел лезвием по его верхней губе.
– Как думаешь, Эмми побежит с тобой и твоей шлюхой? – спросил он.
Я резко выпрямился, сжимая лезвие в руке и глядя на него сверху вниз.
Она не останется здесь с тобой.
– Я думаю, когда совершу побег, – сказал я, – то заберу гораздо больше, чем этих девушек.
Он засмеялся, стянул с шеи полотенце и вытер лицо.
– Она потрясающая, – сказал он. – Мне понравилось, когда она схватила тебя за горло сегодня. Многие мужчины даже не подозревают, насколько сильно они хотят, чтобы над ними доминировали. Но это так заводит. Она хорошо тебя трахнула. Она здесь ожила.
Я сжал челюсти, стараясь сдерживаться.
Он видел нас в оранжерее. Наблюдал за тем, как она скакала на мне.
Я уронил лезвие и вышел из комнаты, каждый мускул в моем теле горел.
Он не получит ее.
Бросился обратно в ее комнату, распахнул дверь и подошел к ее кровати, когда она вскочила и посмотрела на меня в свете, падающем из коридора.
– Что ты делаешь? – спросила она.
Но я не произнес ни единого чертова слова.
Схватил ее очки с прикроватной тумбочки, просунул под нее руки, взял ее в объятия и отнес в свою комнату.
Сегодня вечером я не выпущу ее из поля моего зрения.
Крепко обняв меня за шею, она глядела на меня на протяжении всего пути до третьего этажа и моей кровати.
Боже, кто ее сюда привез? Она разрушала все мои планы.
Глава 26
Уилл
Девять лет назад
Шкафчик захлопнулся, грохот эхом разнесся по коридору, и я поднес бутылку ко рту, сделав еще один глоток бурбона.
Ублюдки. Что, черт возьми, они делали? Как долго это продолжалось?
Знал, что что-то не так.
Прислонился к стопке матов в зале для борьбы, услышав звук открывающейся двери раздевалки, пока из динамика рядом со мной тихо звучала песня Apologize.
