Я закрыла рот.
На нем был черный костюм-тройка, голубая рубашка, и золотая цепочка карманных часов висела из жилета.
На самом деле я никогда раньше не видела его в жизни, что не было чем-то особенным, поскольку последние двадцать лет он жил в округе Колумбия почти постоянно.
Но я сразу его узнала.
Он остановился позади Эванса, снова затянулся сигарой, его холодное выражение лица было невозмутимым.
Черт. Я взглянула на Уилла, стоявшего рядом, стоическое выражение его лица заставило меня нервничать еще больше.
Если Уильям Грэйсон-старший был здесь лично, это плохо.
Нас всех отправят в Блэкчерч.
Или куда похуже.
– Вы двое? – спросил Майкл, понимая, что происходит.
– Старожилы… – Дэймон выступил вперед. – Ты умрешь раньше нас. Уйди с достоинством.
– Успокойся, – выдохнул Кай.
– К черту спокойствие, – рявкнул он. – Я избавился от своих родителей, теперь они оба вносят свой вклад. Разберитесь с этим, иначе я устрою этому городу встряску.
Я сделала несколько шагов к сенатору Грэйсону.
– Вы отправили Уилла в Блэкчерч?
– Ммм…
Мой живот сжался, когда Эванс ухмыльнулся. Я поняла, в кого у Майкла такая улыбка.
Они были командой? Они вместе избавились от Уилла?
– Ублюдки, – сказал Майкл.
Эванс через плечо взглянул на сенатора.
– Тебя называли хуже.
– Да уж, – отшутился он.
– Я рад, что вы пришли ко мне тогда, – сказал Эванс, поворачиваясь, но все еще разговаривая с сенатором Грэйсоном. – Я рад, что мы смогли помочь друг другу.
– Я тоже, – сказал мистер Грэйсон.
– Я многому научился.
– Он твой внук, – возразила я. – Почему?
Сенатор посмотрел мимо меня на Уилла.
– Он знает почему.
Я почувствовала, как Уилл подошел ко мне, он и его дед смотрели друг другу в глаза.
– Потому что мне нравились вечеринки, – сказал Уилл.
Мистер Грэйсон кивнул.
– Да, тебе не хватает умеренности.
– И потому что я шел в никуда.
– И довольно быстро.
Уилл медленно двинулся к деду, мужчина шел ему навстречу.
– Потому что мне нужно было время подумать, – предположил Уилл.
– Надеюсь, ты понял.
– И потому что я слаб.
– Как котенок, – поддразнил сенатор.
Уилл склонил голову, и мистер Грэйсон закатил глаза.
– Щенок.
Уилл уставился на него."
"– Хорошо, маленькая собачка, – сказал сенатор, успокаивая внука.
Я изучала их, их подшучивание было почти теплым. Что происходило?
– Потому что я дикий, – проворковал Уилл.
И сенатор Грэйсон улыбнулся, подходя к внуку.
– О, невероятно.
– И потому что я был проблемой.
