Супергерой для Золушки – 2: Выбор

– В любом случае, это не к нам, это к психотерапевту. – Развел руками Руслан. – Варвара Николаевна, мне позвонить, куда следует?

– Нет, подожди. – Она присела на корточки перед девушкой. – Марина, почему вы его оставили? Вам было плохо? Что вы чувствовали?

Недовольно кашлянув, Олег отправился к столику с чашками и чайником, чтобы заварить себе кофе. Мужчины в основной своей массе не склонны к сантиментам, а уж оперативники тем более. Им трудно было понять, почему следователь решила возиться с этой девицей.

– Вы не понимаете.

 – Дрожа всем телом, пропищала Марина. – У нас с ним ничего и никого больше не было! Я не знала, как еще поступить. Нам даже некуда было пойти!

– У вас нет жилья? – Нахмурилась Варя.

– Мы уже три дня скитаемся, ночуем, где попало! – С ее губ сорвался новый всхлип. – Хозяин квартиры выгнал нас за неуплату, работы у меня нет, а на улице ночью, знаете, как холодно?! Вы не смотрите, что лето – после полуночи такой дыбак, аж до костей пробирает! Попробуй тут усни на скамейке, да еще и с ребенком!

Варвара оглядела собравшихся, а затем снова посмотрела на Марину.

– Расскажите подробнее, пожалуйста. Как вы оказались на улице? Где отец вашего ребенка?

– Я… – Девушка с трудом набрала в легкие воздуха. – Я приехала сюда из Салехарда. Учиться. Думала, тут тепло, да и от матери будет подальше. Она у меня, знаете, какая… – Марина тряхнула головой, словно отгоняя от себя нехорошие воспоминания. – Как напьются с отчимом…

– Я поступила, начала учиться, всё нормально. А потом встретила парня.

 – Она стряхнула с лица слезы. – Он как узнал, что я забеременела, сразу бросил меня! Сказал, что не нужны мы ему. – Слезы хлынули из ее глаз ручьем. – Я работала вечерами, пока живот не стал совсем огромным, а потом пришлось бросить. На пары в институт тоже перестала ходить. А когда хозяин квартиры узнал, что я теперь с ребенком живу, и мне платить ему нечем, сразу выгнал на улицу. Сезон же в разгаре, он лучше туристов пустит…

Варя поднялась, взяла еще салфеток и подала девушке.

Та приложила к лицу сразу стопку и громко в нее высморкалась.

– И куда нам идти с Димулькой? – Продолжила она, захлебываясь в слезах. – Домой мне нельзя, мать нас обоих убьет. Денег нет, коляски нет, работы нет, еды тоже. То булку украду и, почти не жуя, съем в магазине, то что-нибудь из фруктов на рынке. Молока от такой еды у меня всё меньше и меньше! А мыться нам, вообще, приходилось в туалете торгового центра. Быстро-быстро, пока никто не видит.