Суть доказательств

Когда у людей шок, они не всегда реагируют адекватно.

— Думаешь, самоубийство?

— Весьма вероятно.

— Нашла какие-нибудь препараты?

— Только те лекарства, что продаются без рецепта. Ничего серьезного.

— Внешние повреждения?

— Не заметила.

— Так ты знаешь, от чего она, черт возьми, умерла? — спросил Пит и снова, оторвавшись от дороги, посмотрел на меня.

— Нет. На данный момент у меня нет абсолютно никаких предположений.

— Ты, наверное, возвращаешься в Катлер-Гроув? — спросила я, когда Марино припарковался за моим офисом.

— Прям дрожу от нетерпения, — проворчал он. — Иди домой и выспись как следует.

— Не забудь осмотреть пишущую машинку Кэри Харпера.

Марино достал из кармана зажигалку.

— Марку, модель и все использованные ленты, — напомнила я.

Он закурил.

— И проверь, какая есть в доме почтовая и писчая бумага. Я бы предложила еще собрать золу в камине. Сохранить ее очень трудно и…

— Не обижайся, док, но ты напоминаешь мою мамашу.

— Я серьезно, Марино!

— Конечно, серьезно.

И я серьезно — иди и выспись.

Как и я, лейтенант пребывал не в лучшем настроении и, скорее всего, тоже не выспался.

Подъездная площадка пустовала, на цементном полу чернели масляные пятна. Внутри морга назойливо жужжали лампы дневного света и гудели генераторы — в рабочие дни этот шум терялся в общей деловой суете. Я вошла в холодильник и, как всегда, невольно задержала дыхание, когда в лицо ударил сдобренный неприятным запахом поток воздуха.

Их тела лежали на каталках у левой стены.

Я подняла синтетическую простыню, прикрывавшую Стерлинг Харпер, и, наверное, из-за усталости вдруг ощутила невероятную слабость. Колени задрожали, пальцы разжались, и саквояж упал под ноги. Перед моими глазами предстало утонченно-красивое лицо с расширившимися от ужаса глазами, когда она, открыв заднюю дверь, увидела меня в окровавленных перчатках над телом ее брата. Теперь они оба были здесь, брат и сестра. Я опустила простыню на безжизненное, как резиновая маска, лицо. Со всех сторон меня окружали голые ступни с висящими на них бирками.

Еще только войдя в холодильник, я заметила под каталкой Стерлинг Харпер желтую упаковку из-под фотопленки, но, лишь наклонившись за саквояжем, взглянула на нее внимательнее и заметила кое-что необычное. Коробка была из-под пленки «Кодак», тридцать пять миллиметров, двадцать четыре кадра. Мы же, в соответствии с заключенным контрактом, пользовались пленкой «Фуджи» на тридцать шесть кадров.