Суть доказательств

А главное, принял в расчет, что она приезжала туда незадолго до бегства в Ки-Уэст. Ну и, конечно, просмотрел все ее бумаги, квитанции.

— Рабочие на автомойке во что одеты?

— Ничего оранжевого, что могло бы соответствовать той дурацкой нитке. Большинство в джинсах и кроссовках. На всех форменные синие рубашки с белой вышивкой на кармашке. Я там все осмотрел. Ничего необычного не заметил. Разве что барабаны с белыми полотенцами. Они ими машины вытирают. Помнишь белое волокно?

— Да, рассчитывать особенно не на что, — сказала я, отодвигая тарелку.

Хорошо, что у Марино по крайней мере с аппетитом все было в порядке. У меня после Нью-Йорка желудок как будто перевязан узлом. Наблюдая за гостем, я никак не могла решить, стоит ли рассказывать ему о случившемся.

— Может быть, и не на что. Но один парень меня зацепил.

Я ждала."

"— Зовут его Эл Хант. Двадцать восемь лет. Белый. Я на него сразу нацелился. Он у них вроде как за старшего. Пригляделся и вижу: парень не на своем месте. Чистенький, аккуратный, гладко выбритый.

Такому не на мойке ошиваться, а в офисе сидеть, в костюмчике и при галстуке. Ну и стал я думать: а что такой красавчик на этой помойке делает? — Марино вытер тарелку кусочком хлеба. — Подваливаю к нему и завожу разговор. Спрашиваю о Берилл. Показываю карточку. Ту, с водительского удостоверения. Интересуюсь, видел ли он ее здесь. И тут — бум! Парень начинает дергаться.

Я подумала, что, пожалуй, тоже начала бы дергаться, если бы ко мне подвалил кто-то вроде Марино. Лейтенант наверняка припер беднягу к стене и не отпускал, пока не вырвал ответ.

— И что потом? — спросила я.

— Заходим мы с ним внутрь, садимся за столик, берем кофе и переходим к серьезному разговору. Этот Эл Хант, оказывается, совсем не прост. Начать с того, что окончил школу. Получил степень магистра по психологии. Отработал два года санитаром в «Метрополитене». Невероятно, да? Я спрашиваю, мол, зачем ты сменил лечебницу на автомойку, и тут выясняется, что хозяин этой проклятой дыры — его старик.

Оказывается, папаша Хант раскинул сети по всему городу. «Мастеруош» — только один из его проектов, а еще у него с десяток парковок и половина развалюх в трущобах на Нортсайде. Я, естественно, делаю вывод, что из юного Эла готовят наследника всей этой вонючей империи. Так?

Рассказ получался интересный.

— А вот и нет. Впечатление обманчиво, и хоть малыш Эл выглядит на все сто, костюмчик ему не носить и в папашины башмаки не влезть, понятно? Перевожу. Эл — неудачник.