Сувенир из Камбоджи

А она понятия не имеет, чего он хочет, так что запросто может попасть впросак.

За десятую долю секунды до того, как мужчина обратился к ней взглядом, Лола юркнула в дверь ближайшей палаты, на ней была цифра пять. Она успела еще подумать, что господин Коноплянко наверняка идет к жене и что будет, если она находится именно в пятой палате, но отогнала эту мысль, понадеявшись на свое везение.

Так и оказалось, тяжелые шаги остановились у предыдущей двери.

Лола огляделась. Палата представляла собой не слишком большую, но светлую комнату.

Сотрудники клиники даже постарались придать ей некоторый уют. Был в палате низкий столик и два кресла с приличного цвета обивкой, также встроенный шкаф и небольшая этажерка, где лежали журналы и несколько книг в ярких обложках. Занавески на окне были под стать обивке, на чисто вымытом подоконнике стоял букет белых роз в вазе золотистого стекла. Все вместе производило вполне приятное впечатление.

Лола перевела взгляд на кровать, которая, собственно, и напоминала о том, что здесь больничная палата, а не гостиничный номер.

Кровать была, несомненно, больничной, на спинке прикреплена табличка с какими-то записями, рядом находился большой сложный агрегат. Лола не слишком разбиралась в медицинском оборудовании, однако когда-то давно, учась еще в Театральном институте, она играла медсестру в пьесе Фридриха Дюрренматта «Физики». Преподаватель их упрямо хотел добиться правды жизни и с этой целью водил студентов на экскурсии в разные больницы. Так что сейчас, посмотрев на прибор, Лола заметила экран, по которому змеилась яркая линия.

Прибор, несомненно, работал. От него отходили какие-то провода, которые шли к лежащей на кровати женщине. И хоть на голове ее было странное сооружение, похожее на маску, Лола сразу поняла, что перед ней не Алена Коноплянко. Об этом свидетельствовала и надпись на табличке: «Галкина Илона Михайловна», а дальше какие-то цифры и латинские названия лекарств.

Женщина крепко спала, то есть глаза ее были закрыты, дышала она ровно и глубоко.

Линии на экране прибора продолжали ритмично змеиться и опадать, ползли мелкими волнами и вздымались вдруг огромным верблюжьим горбом.

Удивляясь собственной сообразительности, Лола вспомнила какой-то телесериал и поняла, что так на экране прибора изображается звук человеческого голоса, то есть таким сложным образом больной что-то внушают во сне. Ну да, клиника-то с психическим уклоном, доктор Мовсесян потихоньку вправляет мозги своим пациенткам.