Суженая мрака

Незаметно для остальных, да и в общем-то почти прилично, но я все сильнее напрягалась под его рукой. Наконец, не выдержав, я схитрила:

– Ой, какой интересный соус… – приподнявшись и потянувшись за соусом, я одновременно отодвинула свой стул от Келео на безопасное расстояние, – как вкусно пахнет!

Как только соусница оказалась в моей руке, муж совершенно беззастенчиво подвинул меня вместе со стулом обратно к себе. Причем вплотную. Обнял за плечи, прижал и, согрев мое ухо теплым дыханием, громко так шепнул:

– Ты только намекни – и любой соус окажется у тебя в руках.

– Или на тебе? – съязвила я себе под нос.

– Хочешь попробовать меня на вкус? – расплылся в хитрой ухмылке Келео, а его ладонь по-хозяйски распласталась на моей спине.

– Если только откусить кусочек, – вернула ему двусмысленность, наверняка блеснув клычками.

От «любезностей» с мужем меня отвлекла неожиданно установившаяся в столовой тишина. Оказалось, все молча внимают нам, следят за нашим «сближением» и при этом так умильно-сладко-довольно улыбаются, что захотелось пойти и спрыгнуть с балкона.

Насмерть не разобьюсь, но защита-антипрыгунок и холодный воздух вернут мне хоть немного, как бы это лучше сказать, реальности бытия, не то утону в восторженном семейном сиропе.

Неожиданно Келео, глядя на Карлсона, флегматично заявил всем:

– Отец, ты же понимаешь, что тебе придется вновь занять место главы клана.

В ближайшее время я буду очень занят своей семьей.

– О Небо! Я только-только расслабилась, собралась посетить новые культурные и религиозные места Игаи! – возмутилась Майтея.

– Я тоже хочу их посмотреть! – быстренько добавила я, просительно глядя на мужа.

– Майтея, за пятьдесят-то прошедших лет вы могли бы уже все их облететь, и не раз, а не успели – сами виноваты, – проскрипел Оней. – А на девочке теперь ясли, работы непочатый край.

Чует моя печень, что ясли эти будут очень, очень, очень нужны и синим, и серым…

– И золотым, – добавила я, представляя объем работы.

– Ага, это они сейчас из-за мест в будущих яслях штурмуют наши границы? – усмехнулся скряга Бран.

– Вот знаешь, почему ты, жадина, прожив шестьсот лет, так и не встретил суженую? – поддел его Оней. – Потому что не готов! Не готов делиться не только камешками, но и чувствами.