Суженая мрака

Однако Келео, снисходительно покачал головой и, окинув меня более внимательным взглядом, видимо, проверил, тепло ли я одета, неожиданно взял мой кулачок и поцеловал каждый пальчик.

И вот наконец-то мы стоим на ледяном ветру на террасе моих покоев. Я в черном с золотом платье и меховой безрукавке, но мне совершенно не холодно. Во-первых, тьма Келео защищает; во-вторых, теперь рядом с ним мне всегда жарко. За три наполненных страстью дня наедине с Келео я стала зависимой от него, от его рук, его тепла, зубастой улыбки, от которой восторженно поет душа.

Три дня страсти – это много или мало для пары? Хватит, чтобы сблизиться? Не знаю, как другим, но лично мне хватило, чтобы окончательно влюбиться в собственного мужа и перестать бояться любви. Теперь я воюю за его чувства, вернее, партизаню – хитро соблазняю. Вполне возможно, так считаю только я, а в реальности сама оказалась стремительно и коварно соблазненной.

Мы с соблазнителем уже, кажется, привычно замерли, глядя друг другу в глаза, мои ладошки утонули в его больших руках.

Уверена, Келео добивался именно этого.

– Хорошо, родная, ограничимся только этим и… еще вот этим.

В следующий миг на безымянный палец другой руки сел второй черный перстень, почти брат-близнец первого, который защищает меня от надругательств, а Келео – от измен жены.

Оттопырив два окольцованных пальца, я растерянно рассматривала очередное украшение. Потом гневно уставилась на мужа:

– А я думал – любимчик, причем единственный. Сама же вчера призналась, что с детства меня любишь, – весело возразил Келео.

– Что? – смутилась я и тихонечко буркнула: – Про «любишь» я не говорила, только про давнюю симпатию.

– Я умею читать между строк, – довольно усмехнулся Келео.

Я демонстративно закатила глаза, но, ощущая, как все сильнее горят щеки, поспешила перевести разговор:

– Для чего этот артефакт?

– Тоже защита… – уклончиво ответил Келео, тут же вынудив меня напрячься.

Ошарашенно похлопав глазами, я высказалась:

– Я темный, что с меня взять.

– Какая хорошая отговорка для любого случая, – нахмурилась я.