Суженая мага огня

Я замерла, глядя на неё, и почувствовала свою полную никчёмность. Я была такая старая в сравнении с этой прекрасной юной леди. Была грязной, с поганым прошлым. Как Генри мог вообще ко мне прикасаться, когда у него была такая девочка?!

— Нет, леди Либретта, — ответила герцогиня. — Это приходили гости к леди Трисе. Вы уже закончили заниматься, юная леди?

— Да, госпожа, — поклонилась девочка. — И уже проголодалась.

— Ждём Генриха и садимся, — кивнула леди Элизабет.

Девочка порхнула к нам ближе, остановилась подле меня и принялась рассматривать.

— Здравствуйте, леди Триса.

— З-здравствуйте… — прошептала я, не узнавая своего голоса.

Сиплый, неуверенный.

Хотелось провалиться сквозь землю. Глаза запекло от подступающих слёз.

— Меня зовут леди Либретта, — красиво поклонилась фэйри.

— А меня леди Триса.

— Вы подруга дяди Генриха?

Почему она зовёт его дядей? Это так… пошло.

— Да, — судорожно выдохнула я.

Любовница я! Ах, какой кошмар!

Нутро моё растревожилось, разбушевалось, закипело. Языки пламени поднялись из глубины, готовые порвать каналы маны и вырваться наружу.

Дверь распахнулась и в пороге показался паладин в кожаном камзоле и багрово-красном плаще.

— Девочки, встречаете? — улыбнулся он.

Либретта засияла и снова сделала красивый поклон с приставными шажочками. Герцогиня скромно сложила пальцы замком и улыбнулась. А я закусила губы почти в кровь, борясь с диким желанием броситься на шею Генри. Ведь только он мог утолить мой огонь.

Наверное, Генрих всё понял по взгляду.

— Накрывайте ужин, — глухо сказал он маме.

Взял меня за руку и решительно потянул за собой в спальню. Благо комната находилась тут же, ближайшая по коридору.

Дверь только закрылась, он притянул меня к себе.

— Иди сюда! — Генри впился в губы.

Аромат вербены опьянил, затуманил голову. Ноги ослабли, я отдалась порыву, разомкнула губы и приняла поцелуй.

Такой сладкий.

Туго закрученные вихри огня разжались и потекли. По животу, потом вверх, вниз. И так по кругу. Излишки выплёскивались горячими волнами в пространство под властью успокаивающих движений Генри.

— Огненная моя, — прошептал он, оторвавшись. — Тебя одну и оставить нельзя. — Как ты напряглась! Как дикая кошка!

Горячее дыхание обжигало. Взгляд паладина полыхал.

— Нельзя одну, — беспомощно вздохнула, покоряясь его рукам.

— Смотри, — сказал он строго. — Когда чувствуешь, что сейчас взорвёшься, закрой глаза, сделай глубокий вдох. Ну-ка вдохни.

Я дышала, глядя на увлечённое лицо паладина.