Свадьба мечты

Нина очень старалась показать себя с лучшей стороны и боялась, что все рухнет, если кто-то узнает, что у них уже был ребенок. Тебе тогда было четыре года. Подвернулась возможность уехать из России. Ивана нашла мать Левандера и умоляла его взять сына с собой. Нина сопротивлялась. Она не хотела брать Левандера, ведь Иван не позволил ей забрать тебя, но у нее опять не было права голоса. Мне очень жаль.

— Как ты простила свою мать?

— Не знаю, простила ли я ее, — вздохнула Лавиния. — Просто в какой-то момент я оставила попытки изменить ее.

А ты сможешь простить Нину?

— Она ведь помогла тебе?

— Они все помогли мне, — слабо улыбнулась Лавиния. — Они были мне как семья.

Захар глубоко вздохнул. Ему было проще носить свои шрамы, зная, что их виновница помогла Лавинии.

— Я люблю тебя. — Он и не предполагал, что однажды произнесет эти простые слова, да и Лавиния с трудом верила своим ушам. — Я только о тебе и думаю, схожу по тебе с ума. До такой степени, что готов отказаться от мести ради тебя…

В этот момент ему пришлось замолчать, потому что Лавиния сомкнула его губы долгим, нежным, любящим поцелуем.

Он начался на губах, а затем перешел на щеки, брови, глаза.

Захар знал, что впереди у них вечность, в которую он впервые отважился заглянуть. Теперь он мог быть собой. Прошлое перестало быть алчным призраком, иссушающим его жаждой мести. Прошлое просто было, а значит, теперь у него появилось и будущее.

Захар потянул Лавинию за собой на диван и усадил к себе на колени так, чтобы пара оказалась лицом к лицу.

Пока его руки ласкали сквозь тонкий шелк набухшие вишенки ее сосков, она смаковала вкус его губ, словно созданных специально для поцелуев. Захар стянул с нее комбинацию и, склонившись, начал целовать живот Лавинии, и каждый поцелуй обещал ей, что скоро там будут расти его дети.

Лавиния больше не испытывала неуверенности или робости, потому что знала, что любима. Она сбросила трусики, сама расстегнула молнию на брюках Захара и медленно опустилась на него, принимая в себя всю мощь его страсти.

Когда он вошел глубже, она застонала и выгнулась ему навстречу. Она целовала его, когда он двигался внутри ее. Целовала, когда поняла, насколько доступным стал для нее восторг истинной страсти. Все было просто, быстро, напряженно и невероятно прекрасно — как сама жизнь.

— Выходи за меня, — прошептал Захар, потому что он хотел обладать ею вечно. — Выходи за меня.

Она крепко прижалась к нему и прошептала на ухо:

— При одном условии.