И это при том, что эмоции зашкаливают. — Это я из одного замужества в другое прыгну?
Ну, круто!
Впрочем, у нас хоть развестись можно…
— Манечка, огонек души моей, — залебезил Виньецкий. — Ты давай успокаивайся, девочка. И так сильнейшее у тебя истощение. Магии в тебе сейчас едва тлеющие угольки… Как бы совсем не пропала.
— Ну и ладно. Пусть обратно ее забирают, а меня возвращают домой!
— Ты же знаешь, что никто тебя домой не вернет.
Все сама должна, сама… А магия очень важна для ритуала. — Чет подошел ближе и сам меня обнял, уткнувшись своей пушистой мордой мне в живот. — Ты же сильная у меня, а я рядом. Справимся! А теперь пойдем. Светает. Скоро слуги примутся за работу, а ты не в своих покоях. Не нужны нам лишние вопросы.
Не знаю, что бы я делала без Чета. Наверное, так бы и сидела в библиотеке. Ревела белугой до тех пор, пока меня не обнаружил бы кто-нибудь из прислуги. Еще хуже — Татьяна. Та точно сунула бы свой длинный приживальский нос, куда не надо.
Довольная жизнью «тетка» была последней, кого бы мне сейчас хотелось видеть. От одной только счастливой улыбки, упорно не сходившей с ее лица, внутри рассыпались искры.
Впрочем, сейчас ничего не рассыпалось. Сейчас я едва ноги переставляла. С трудом доплелась до спальни и рухнула в кровать, даже не разуваясь.
Уже уплывая в сон, почувствовала, как Чет стянул с меня туфли. Накрыл одеялом, заботливо приговаривая:
— Ничего, Машуня, справимся.
Еще поборемся и за свою жизнь, и за свободу… Обязательно поборемся…
Возможно, он еще что-то говорил, но я уже не слышала. Отключилась почти мгновенно, а проснулась от того, что кто-то осторожно трогал меня за плечо.
— Ваше сиятельство, не извольте гневаться, — робко пропела молоденькая девушка, чем-то напомнившая мне Беляну, — но барыня велела узнать, желаете ли вы завтракать с ней и князем.
А, ну раз барыня велела…"
"Видеть Татьяну по-прежнему не хотелось. Особенно сейчас, когда я чувствовала себя как желе в креманке.
Вроде и шевелюсь, а сдвинуться не получается. Сон силы не вернул и настроения не улучшил. Вот только с моей стороны будет невежливо игнорить «папу», приютившего дочку на ночь.
— Передай барыне, — на этом слове я мысленно выругалась, — что буду завтракать с отцом.
В идеале — без нее.
— Мигом передам! — Девушка быстро поклонилась и метнулась к выходу.
Я же сползла с постели, мрачно огляделась в поисках Чета.
