Широкоплечий, подтянутый и такой… Такой, от которого не хочется отводить взгляда. Я настолько увлеклась созерцанием будущего мужа, что даже забыла про месть императору.
В тот день в храме ни одна царская туфля не пострадала.
Благодарить за это стоило дезориентировавшего меня до безобразия красивого жениха.
Я продолжала смотреть на него, этого высокого, статного мужчину в белом мундире. Золотые позументы на рукавах и алые эполеты на плечах князю необычайно шли. Ну точно принц из сказки.
Вот только его принцессой должна была быть не я.
Жених тоже был явно мною заинтересован. Смотрел так, будто в храме мы были одни. Только он и я, и дорога к алтарю…"
"Я шла как в тумане, едва различая мелодию и голоса хористов, восхищенные и завистливые вздохи гостей, шепот-наставления императора… Все это уже не имело значения, потому что путь, казавшийся бесконечно длинным, внезапно оборвался.
— Да благословит вас Многоликий! — вложив мою ладонь в руку Андрея, громко произнес император начало ритуальной фразы. — Пусть хранят вас стихии и магия равновесия.
Да приумножится род Воронцовых во славу нашей Империи!
— С такой бы и я… приумножился, — отчетливый ехидный шепот цесаревича раздался откуда-то позади Андрея, что заставило жениха с силой сжать мне руку, а императора обернуться к своему скотиняке-сыну.
Это же надо было испортить такой момент!
— Простите, княжна, — наконец заметив, что делает мне больно, едва слышно произнес Андрей и разжал пальцы. — Вы прекрасны…
— Благодарю, князь, — склонила я голову.
— Вы тоже ничего…
Почему-то его слова заставили лицо запылать. Может, от того, что в них звучала неподдельная искренность? Или потому что в голосе Андрея я различила и нотки желания? Неприкрытого, истинно мужского влечения, которое женщина всегда определит, будь она хоть тысячу раз неопытна. Я нравилась Андрею, хотя бы чисто визуально, и осознание этого почему-то доставляло мне удовольствие.
Плохая, Машка! Плохая!
Взяв меня за другую руку, Андрей перевел взгляд на жреца. В тот самый момент волшебные светлячки вдруг устремились к нам.
Абсолютно все. Закружили вокруг нас спиралью, взвились высоко под своды храма. Остальной же зал погрузился во мрак.
И это было потрясающе красиво!
Я больше не видела жреца, зато отчетливо слышала его голос:
— Мелодия любви привела двоих в колыбель Многоликого, чтобы соединить их судьбы и одарить мир новыми голосами.
Опять эти намеки…
Мне было страшно неловко от его слов, а также от того, что любви-то между нами и нет.
