Свадьба. В плену любви

– Давай, свинья жирная, все равно, заняться нечем, пока сюда полиция доедет.

Он не встает, лежит, и я лежу.

– Ты реально ее похитил? – спрашивает он, протягивая мне сигарету. Беру, закуриваю.

– Не, мы со свадьбы. Просто поссорились.

– Охуенная у тебя девушка.

Закрываю глаза, вспоминая, как ладно Ася запрыгнула в машину и рванула со стоянки, даже глазом не моргнув. Красивая, смелая, бесстрашная.

– Жена. Охуенная у меня жена.

Вдавливаю педаль газа, обороты нарастают, двигатель ревет, как и музыка из колонок.

Вроде нет никакой проблемы,

Но от тебя тончают нервы.

Я клянусь, ты самый первый

В списке душевнобольных.

В списке этом иду вторая.

Я даже это не отрицаю!

И опять меня накрывает

Стыдом, мой нелюбимый

Эльвира Т (Мне хорошо без тебя)

Словно это помогает заглушить мысли. По-моему, делает только хуже. Крутит на репите касания губ, языков, один воздух на двоих. Рядом с ним мозг перестает функционировать, сердце перестает качать кровь. Застывает все. Замирает. Не существует. И уже не стыдно.

Руки вибрируют от желания к себе прикоснуться, коснуться ноющей промежности, снять напряжение, от которого сводит все внутри. Демьян, придурок! И чего ему в своей Италии не сиделось! Ведь всего каких-то полчаса, и я стала бы нормальной!

Машина идет легко. Подстраивается. Даже удивительно, что за столько лет простоя в гараже, она все та же. Даже запах.

Именно в этой машине мы пять лет назад сбежали с выпускного, именно на этой машине мы впервые поцеловались чуть раньше.

Именно из этой машины нас похитили. Наверное, этот момент был самым страшным, когда Демьяна ударили по голове и пошли в мою сторону. Никогда не забуду ту лютую панику, что стягивала горло, не давала дышать.

А потом в этом подвале. Я была так рада, что мы живы! Что мы вместе! Это ужасно, мы могли умереть, но смерти я боялась меньше всего. Я была уверена, что нас вытащат, что скоро отец Демьяна найдет это странное подземелье, но шли минуты, часы, дни, а мы оставались там под неусыпным контролем маньяка.

Свет фар встречной машины слепит, но выпускает из плена мыслей. И я снова в реальности, снова за рулем, переключаю радио, цепляя другую песню.

Что любить друзьям нельзя?

Никому глаза не расскажут

Что любить друзьям нельзя?

Никому глаза не расскажут

Зиверт. Зеленые волны

Андрей. Мне перед ним дико стыдно. Он пять лет кружил вокруг меня, был другом, товарищем.