Свадьба. В плену любви

Оно уже бесит. – О чем думаешь? Что опять замолчала?

– О чем ты хотел поговорить? Вчера.

Хороший вопрос. Это был порыв, чтобы не отпустить ее. И сегодня. Я не хочу с ней быть, не хочу помнить про подвал, но каждой клеточкой к ней тянет.

– Ты говорила с кем-нибудь? О подвале. Психотерапевт? Мне кажется, ты не отпустила.

– Ты сам решил моим психиатром заделаться? Говорила. В общих чертах.

– Судя по тому. Что у меня бесконтрольное желание раздвинуть перед тобой ноги, наверное, нет.

Хмыкаю. Да, это влечение пугает до чертиков.

Потому что за пять лет ни с кем не было такого яркого ощущения, словно проваливаешься в пропасть. От этого дух захватывает, от этого внутри все сжимается, а оргазм на свадьбе до сих пор кажется самым ярким ощущением.

– Но это просто секс. Ты уедешь, и это кончится.

– Может, ты просто все еще любишь меня?

– Тогда можно смело утверждать, что любовь – это похоть и вожделение. Я больше поверю, что люблю Андрея, с которым мы столько времени провели вместе и так хорошо друг друга узнали.

– Так чего ты на меня-то тогда запрыгнула?

– А зачем ты вообще на свадьбу пришел?! Тебя никто не звал!

– А могла бы и позвать! За пять лет ни одного звонка!

– Я должна была звонить? Это ты уехал!

– Ты меня дважды прогнала!

– Потому что не видела в тебе любви! Там в подвале ты говорил, что любишь меня, ты постоянно это говорил, но хоть раз это было правдой? Хоть раз ты чувствовал не долбанную похоть, а любовь?! Отвечай! – она бросается на меня, перед глазами яркий свет фар и сигнал клаксона.

Я даю вправо, Асю кидает в сидение, а я торможу на обочине, врубая аварийку.

– Ты нас чуть не угробила!

– Мертвые не умирают. Ты ответишь?

– Тебе лечиться надо!

– Я не знаю! Наверное, нет! Было проще общаться, когда ты не пытаешься сопротивляться, было проще ебать, когда ты верила в эту любовь. Если любовь – это когда родного сына забывают ради того, чтобы угодить жене, то нахрен такую любовь! Если любовь – это убить себя, а не бороться, то нахрен такую любовь! Если любовь – это держать возле себя при помощи жалости, то нахрен такую.

Любовь! Тебя, вон, Ремезов любил, а что ты в ответ? Секс с парнем, который тебя пять лет знать не хотел? Ну, и что ты молчишь? Ты же это хотела услышать? Или опять хотела искупаться в сладкой лжи?

Ася поджимает губы. Потом улыбается. Пристегивается так спокойно, словно не пыталась только что вцепиться мне в глотку. Больная, реально.

– Ну, что, поехали? Не хватало, чтобы ЗАГС закрылся.

Отворачиваюсь к дороге, выдыхаю.