– Не скажи. Я решил, что внесение изменений в интерьер предыдущего офиса без моего согласия, вполне позитивное явление. Поэтому, как ты могла заметить, – указывает за спину, – я всё же создал яркое пятно в своей, как ты выразилась, норе.
– Почему ты здесь?
– Знаешь, я соскучился по влюблённым парочкам. Не поверишь, но я готов смотреть на них не отрываясь, и даже при встрече поздравлять с предстоящим счастливым событием. Потому что оставленное тобою помещение, теперь занято похоронным бюро, которое мои трудовые будни сделало ещё мрачнее.
А Пономарёв не солгал, когда говорил, что изначально выбор стоял между адвокатом по разводам и венка́ми. Я даже рада, что Максим не в восторге, потому что лучшего соседства представить невозможно.
– Чем оно тебя не устроило? – включаюсь в привычную для нас обоих перепалку, делая два шага вперёд и приготовившись к противостоянию. – На мой взгляд, идеальное соседство: вы занимаетесь практически одним и тем же.
– Но в моём случае возможна «реанимация», у моего же нового соседа такой вероятности нет.
– И многих реанимировал? – Максим поднимается, чтобы сделать несколько шагов, почти обнулив расстояние между нами.
– Две пары. Я их помню. У одних был кризис после рождения ребёнка: беспокойный малыш, усталость мамы, недосып папы и множество вопросов, которые ни один из них не желал решать.
– И что ты сделал? – чувствую кожей, как градус напряжения сбавляется.
– Отправил их к семейному психологу, который, кстати, решил проблему.
Развод не состоялся. Видел их недавно – счастливая пара с двумя детьми.
– А вторая?
– Твои родители.
– Ч-что? – перехватывает дыхание после произнесённого. Не верю Максиму, который стремится меня задеть, причинить боль и разочароваться в тех, кого я считала примером."
"– Я только-только присоединился к отцу, принимая участие в делах, когда пришли твои родители. Они хотели развестись тихо, предварительно оговорив нюансы.
Твоя мама перечисляла имущество, а папа беспокоился о дочери, считающую их брак идеальным. Мой отец был готов ринуться в бой, но я предложил им пожить раздельно месяц, а после прийти вновь, если решение останется неизменным. Они больше не появились, а спустя двенадцать лет я встретил тебя. Признаюсь, вспомнил не сразу, но они – моя вторая победа. Люди, которые остались вместе.
Меня словно отхлестали словами.
