– Мне просто интересно, в какой момент все эти влюблённые, жаждущие связать себя узами брака, парочки превращаются в ненавидящих друг друга людей, плюющихся ядом. Когда внутри щёлкает, и человек готов выкрикнуть «ненавижу»? Они же любили друг друга. Все любили, понимаешь? Как оказались на дне, окутанные презрением и желанием вырвать из глотки когда-то родного человека даже пару старых кроссовок? Я их столько видел перед собой, – указываю на противоположную сторону стола и продолжаю: – Красивых, не очень красивых, умных, старых, молодых, хитрых, меркантильных…
– Но были и мирные разводы, – Яна обрывает мою тираду, заставляя выудить из памяти несколько бракоразводных процессов, которые не прошли на повышенных тонах.
– Были. Четыре пары за двенадцать лет моей работы.
– Ты считал?
– Записывал, – подтверждаю, получая удивлённый взгляд. – Две из них с брачным контрактом, что существенно облегчает данный процесс, две, которые пришли к общему знаменателю ещё до того, как оказались в моём кабинете.
И мы не можем утверждать, что до появления в нашей фирме, они не сцедили накопленный яд.
– Люди разучились договариваться.
– Нет, Яна – разговаривать: первопричина всех проблем, и не только в отношениях между мужчиной и женщиной, это относится ко всем социальным ролям.
– А ты со своими мимолётными увлечениями много разговариваешь?
Если бы мои родители в своё время слушали друг друга, возможно, у меня бы сейчас не было отчима младше матери на двадцать лет, и мачехи младше отца на тридцать.
Может быть, именно по этой причине я не принимаю стандартную картину мира, в которой создаются семьи, рождаются дети и каждый вечер ты возвращаешься к одному человеку. Мои родители полжизни провели в поисках чего-то, по их мнению, делающего их счастливыми, забыв показать сыну, то есть мне, а как правильно. Раз в несколько лет у мамы появлялся новый поклонник, а папа знакомил меня с очередной «последней любовью», которая конечно же оказывалась далеко не последней.
– Макс, вспоминаешь, что говорил девушке в баре на прошлых выходных? – Яна показательно фыркает, закатывая глаза. – Не напрягайся, – похлопывает меня по плечу, – уверена, ты даже имени её не помнишь.
И пока провожу параллели, вспомнив аналогичную подковырку Олеси, в переговорной появляется довольно приятная пара. Судя по спокойной беседе, у них вполне человеческие отношения.
