— Я не…
Уму непостижимо! Я смотрела в смеющиеся синие глаза и могла бы поклясться, что матушкин “тайный поклонник” как-то связан с этим беспринципным светлым, который, кажется, опаснее всех темных вместе взятых.
— Мисс Медея? Мне жаль, что я вас расстроил, — скорбно покачал головой Лайтвуд. — Обещаю больше не оставлять вас без внимания и исправно присылать под ваши окна менестрелей. Прошу простить меня. Не согласитесь ли пойти со мной на свидание?
— Согласится! — ответила матушка.
— Еще как согласится, — подтвердил отец, подходящий к воротам особняка.
Его плащ развевался за спиной, обнажая красную подкладку, на голове красовалась шляпа-циллиндр. — Как говорится, любая змея не ядовитая, пока ты на ней не женился.
— Отец! — возмутилась я.
— Да, Медея? — повернулся ко мне батюшка, невозмутимо пожимающий руку Лайтвуда. — Кроме тебя, дорогая. Ты ядовита с рождения, но скоро это уже будут проблемы лорда Лайтвуда, а не мои. И я чрезвычайно этому рад.
— Взаимно, — невозмутимо заявил светлый. — Медея? Составите мне компанию на прогулке?
Глава 10
— Не составлю, — предельно вежливо процедила я.
— Я занята до самого вечера. Буду читать “Свод указаний и правил примерной жены”. Готовиться к свадьбе.
Я искренне надеялось, что в словаре светлых присутствует слово “сарказм”.
— Отрадно слышать! — откликнулся Лайтвуд, сияя искренней и дружелюбной улыбкой. — Удачно, что я хотел пригласить вас на прогулку как раз вечером.
— Вечером я собиралась вышивать цветами наволочку для приданого.
— О, еще успеете! — отмахнулся Лайтвуд.
— Если что — наймем швей и никому не скажем. Я зайду за вами в восемь, Медея.
— Не стоит утруждаться.
— О! — поднял брови он. — Если вы без моей помощи сможете вывести из стойла кобылицу, которую я подарил, то договоримся встретиться уже за городом. Но боюсь, что не сможете.
— Это еще почему?
В последний раз я видела подарок Лайтвуда, стройную и опасную вороную лошадь, вчера, когда Ренфилд отводил ее в стойло. Рука у него кровоточила, рукав был оторвал — кобыла явно была не в восторге от того, что ее кто-то куда-то вел, но ее пасть была вымазана в крови Ренфилда, и она все-таки снизошла до того, чтобы осмотреть конюшни.
Крови келпи в ней было больше, чем я подумала вначале. Плотоядная, своевольная и дикая.
Таких почти невозможно было приручить, разве что…
Я прищурилась, глядя на Лайтвуда.
Разве что у тебя нет способности налаживать связь с животными.
— Сегодня в восемь, мисс Медея, — ухмыльнулся он, как будто прочитав мои мысли.
