Можем пропустить этап свиданий и сразу перейти к тому, о чем порядочным леди не полагается знать до свадьбы.
Вот нахал.
— Светлые так себя не ведут, — вслух пожалела я, ощущая острый приступ тоски по Сэмюэлю.
Лицо Лайтвуда за секунду стало скорбным, постным и укоризненным.
— Я ведь действую из лучших побуждений, Медея, — тихим голосом проговорил он. —Хочу сделать вас счастливой. Как бы вы ни сопротивлялись. Итак, свидание. Или?..
Я сглотнула. ""Или""! Вот же... от воспоминаний о поцелуе загорелись щеки. Необходимо срочно что-то придумать.
Должно же у него быть слабое место?..
Глава 15
Лайтвуд наконец соизволил выйти, и я подошла к шкафу.
Распахнула створки, уставилась на длинный ряд вешалок и вытащила самое закрытое, тяжелое и широкое платье, которое полностью прятало фигуру, оставляя обнаженными только ключицы, запястья и лодыжки.
Я надеялась, что Лайтвуду не понравится. Может, он решит все-таки, взглянув на меня, найти себе светлую покрасивее и посговорчивее.
— Прекрасно выглядите, Медея, — отреагировал он, когда я спустилась.
— Вам удобно будет ездить верхом?
Ах, точно. Верхом.
Я на секунду задумалась, глядя в лицо Лайтвуда.
Устроить скандал или нет?
С одной стороны, если есть возможность устроить скандал — то его нужно устроить, это любая темная знает.
С другой — подарок Лайтвуда. Лошадь с примесью крови келпи. Дикая, плотоядная и совершенно неприрученная. Восхитительная.
Я, разумеется, была темной, а потому в искусстве лжи видела намного больше преимуществ, чем недостатков.
Но лгать себе не привыкла: без Лайтвуда я эту красавицу ни за что не приручу."
"Пришлось подниматься наверх и менять широкое платье на подходящие для верховой езды брюки и блузку.
Под тяжелым взглядом Лайтвуда (моего бывшего ректора, между прочим! всего-то несколько месяцев прошло, а еще светлый!), в такой одежде я почувствовала себя почти голой.
Дверь особняка скрипнула, когда мы вышли наружу, свежий ночной воздух ударил в лицо. Светила луна, которая уже пошла на убыль. Легкий ветер колыхал кроны растущих во дворе особняка деревьев и матушкины розы, почти черные в скудном свете луны.
— Леди Даркмор знает? — спросил Лайтвуд, когда мы проходили мимо.
— О чем?
— О розах.
Я пожала плечами.
Матушка была полна сюрпризов. Возможно, пока не заметила, увлекшись разборками отца и ее поклонников. Возможно, решила повременить и дать Ренфилду еще один шанс.
Возможно, судьба намекает на то, что именно я должна сообщить родительнице о вопиющем происшествии.
