Сваха для дракона

Огонь, полыхающий в самой сердцевине его глаз, стал жарче. Девятый Дракон начинал по-настоящему злиться. – Советую тебе вспомнить об этом и не говорить ерунды.

Атмосфера вновь начинала накаляться. Клянусь, я почуяла запах гари, внезапно появившийся в воздухе – обивка дивана под спиной Лоркана начала дымиться.

Снорре подозрительно принюхался и испуганно воскликнул, понимая, что происходит:

– Мой князь!…

– Успокойся, Кан, – Одхан использовал незнакомое мне сокращение имени, словно пытался доказать, что он близок князю настолько, что имеет право коверкать его имя, или сокращать его до трех куцых букв.

Рыжие брови сошлись на переносице, выдавая тревогу и гнев.

Лоркан замер, глядя в пространство, а затем медленно перевел взгляд на меня, будто пытаясь отвлечься, – расфокусированный, потерянный. Сила хлестала из нутра, и князь не мог ей противостоять. Она оборачивалась вокруг его плеч спиралью горячего, почти раскаленного воздуха.

Невероятным усилием воли, как мне показалось, он взял себя в руки и выдохнул.

Из ноздрей заструился серовато-пепельный дымок."

"– Все в порядке, – слегка заторможено произнес Лоркан, осоловело моргая, но я видела, как он сжимает кулаки до побелевших костяшек, как будто пытался заглушить невыносимую боль. По правой ладони, которую удалось увидеть лишь мельком, расплылся багровый, свежий ожог.

– Правда, все отлично, – Лоркан потер лоб, собираясь с мыслями, а затем неуверенно улыбнулся. Я сглотнула – все эти шрамы… Теперь я понимала, откуда они, но не понимала причин.

– Раз все в порядке, – оскорбился Одхан, плавным движением поднимаясь на ноги, – то и мне здесь делать нечего. Увидимся на приеме.

Он уходил с видом опороченной невинности, слишком гордый и спесивый, чтобы смириться с поражением. Я проводила его взглядом, ощущая внутри себя странную тревогу. Черный плащ грозовым облаком парил за его плечами.

– Вернется, – прокомментировал Лоркан, когда дверь за Одханом захлопнулась, но его голос звучал не слишком-то уверенно.

Он пошевелился, разминая затекшие мышцы, на гладкой ткани обивки осталось пепельно-черное пятно. Там, где жар заставил шелковую ткань обуглиться, до сих пор тлели края. В воздухе удушливо пахло гарью, в груди спирало и наружу просился приступ сухого, надрывного кашля.

– Мой князь, не стоит так напрягаться, – Снорре оказался рядом с Лорканом в один прыжок. Когда хотел, этот здоровяк мог передвигаться бесшумно и незаметно, словно обучался этому годами.