Сваха для дракона

Та девочка, чья жизнь так трагически оборвалась в дальнем коридоре, тоже имела какие-то планы и мечты, к чему-то стремилась, но сейчас уже ничего не изменить.

– Она всего лишь пыталась защитить князя, – Матте плакала, уже не скрываясь. Крупные, прозрачные слезы, катились по юному лицу, нанося моему сердцу все новые и новые раны. Да, Ималия, насколько же ты размякла, если чужие слезы могут причинить тебе столько сожаления?

– Ты сказала, что смерть приходила дважды?

Матте вытерла покрасневшие глаза и звонко шмыгнула носом:

– Гость-чужестранец был найден мертвым поутру.

Я застыла, ощущая, как в животе скручивается тугая спираль предчувствия:

– Чужестранец? Светловолосый и высокий?

В ответ Матте безразлично дернула плечом: смерть гостя тревожила ее меньше, чем гибель подруги.

– Спросите лучше капитана, – посоветовала она, подхватывая с пола ком грязного, обгорелого белья, – именно он обнаружил его тело. А мне пора.

Она сделала несколько шагов, а затем обернулась ко мне: огромные глаза на бледном лице казались черными омутами, в которые меня медленно засасывала ее скорбь.

– Помяните мое слово, смерть придет в третий раз. Князь смог от нее ускользнуть, но сумеет ли спастись в следующий раз?

Оставив меня осмысливать сказанное, Матте торопливо удалилась. А я без сил повалилась в кресло. Скрипнула дверь, и я со вздохом поднялась навстречу новому визитеру. Пока не починишь замок, моя спальня продолжит напоминать проходной двор. Что-то в этом духе я и озвучила Снорре, без стука завалившемуся через порог.

– Как князь? – озвучила я вопрос, который не давал мне покоя, и в тот же миг ощутила, как призрачная кровь вновь заливает ступни. Кожа зудела, хоть я и знала, что это не более, чем игры растревоженного воображения.

– Вашими молитвами, – коротко отозвался Снорре, отвешивая мне формальный поклон. Он вел себя странно – казалось бы, после откровенной беседы на балконе, его каменное сердце должно было хоть немного смягчиться, но – увы. Он вновь смотрел на меня как на первую подозреваемую в деле о покушении на князя.

– Если вы опять пришли, чтобы пригласить меня на допрос, то ничем не могу помочь. Князь даст показания в мою пользу, – отчеканила я, неосознанно принимая обороняющуюся позу: скрещенные на груди руки, запрокинутая голова.

Белесые брови поползли вверх, выдавая безграничное изумление Снорре. Он неловко кашлянул, становясь похожим на смущенного ребенка.