Сваха для дракона

Нашарил взглядом Лоркана, а затем и меня, расцветая радостной улыбкой:

– Ну, вы и напугали нас, леди Ималия! Рад видеть вас в добром здравии!

Такую радость в голосе сложно было подделать: светясь от счастья, Снорре подошел к окну, с интересом выглядывая на улицу. Пусть он и выглядел легкомысленным и радостным, что вовсе не вязалось с образом капитана гвардейской стражи, к которому мы привыкли, обстановку он изучал внимательным, ощупывающим взглядом. Ничто не могло укрыться от его внимания. Ну, вот, подумала я без удовольствия, теперь он будет шагать за мной по пятам, готовый в любой момент защитить.

За ним плелась Марна, смущенная и растрепанная, как будто убегала от хищника. Не поднимала глаз от пола, а в коротком объятии, ради которого ей пришлось наклониться над моей кроватью, чувствовалось волнение.

– Вы не представляете, что со мной случилось на Карнавале! – интригующим тоном произнес Снорре, возводя к потолку мечтательный взгляд. – Я встретил женщину своей мечты!"

"– Да вы что, – сухо отозвалась я, видя, как съеживается и теряется за его спиной Марна.

Ведьма из всех сил хотела слиться с кремового цвета стеной и не привлекать лишнего внимания. Затравленный взгляд метался из стороны в сторону, но уйти Марна не смела – слишком переживала за меня. Простое платье, явно с чужого плеча, висело на ней как холщовый мешок, скрадывая угловатый силуэт, и от этого чудилось, что она стала еще меньше и незначительнее.

Лоркан метнул в меня предостерегающий взгляд: молчи! Но отравление выжало из меня не только жизненные силы, но и тактичность.

Смотреть на то, как подруга мучается, то ли от вины, то ли от безответных чувств, было гораздо больнее, чем терпеть последствия яда.

– Она была прекрасна! – Снорре вздохнул, обращая на меня светящийся от влюбленности взгляд. – Умная, начитанная и прекрасно танцует!

– Это она поцеловала тебя в полночь? – криво усмехнулся Лоркан, тайком сжимая мою руку. Я вздрогнула, когда горячие пальцы пробежали по запястью. Князь, я уверена, не имел под этим жестом ничего особенного, но сердце все равно забилось чаще.

Капитан закивал, а на щеках появились два ярких пятна. Румянец Снорре шел необыкновенно, преображая его лицо до неузнаваемости. Как будто он скинул несколько лет и позабыл о суровых испытаниях, выпавших на его долю.

– После суматохи, вызванной вашим отравлением, она пропала. Искал ее повсюду, – пожаловался капитан, вздыхая. Он зарылся пальцами в короткие светлые волосы, бросая на меня умоляющий взгляд.