Видел маску Аристида
На воришке Дмитрий тут,
В тоге, прямо римской с вида,
Перед ним прошелся Брут.
Но докучного мельканья
Пестротою утомлен,
Погрузясь в воспоминанья,
Дмитрий сел в тени колонн.
XXI
Край печальный и туманный!
Волны Саймы, сосен ряд...
Грезой тихой, грезой странной
Дмитрий сумрачно объят.
Вильманстранд, болота, скалы,
Серый парус рыбака,
Берег финнов одичалый,
Пролетают облака...
Дмитрий стал на камень бедный,
В красной феске с ним Мамут.
Плещет Сайма, Север бледный...
Ах, зачем, зачем он тут?
И запел Мамут, и горы
Встали синею стеной,
Кипарис, плюща узоры,
Море, солнце, южный зной!
ХХII
-- Тих и грустен в маскараде!
Я тебя не узнаю! --
Дмитрий смех услышал сзади.
На пунцовую скамью,
Шелестя, с ним села рядом
Маска в черном домино.
Дмитрий с этим мягким взглядом,
Мнилось, был знаком давно.
Блеск улыбки из-под кружев
О былом напоминал...
Кто она, не обнаружив,
Маски Дмитрий не узнал.
-- Я с тобой встречался где-то! -
Он шепнул. Знакомый взгляд!
-- Я incognito! -- Для света? --
-- О, для всех! Здесь маскарад!
ХХIII
Маскарад дает мне право
Быть на ты, интриговать,
И -- добавила лукаво
Маска -- я хочу, -- как знать? --
Откровенной быть с тобою!
-- Прямодушье в маске? -- Да!
-- Но, интриги, я не скрою,
Очень скучны! -- Не всегда.
..
Может выйти в маскараде
Пресерьезный разговор...--
-- Лишь не это, Бога ради!
Я предпочитаю вздор.
-- Клевета! Тебя я знаю
С лучшей стороны давно.
-- Я не в маске. Полагаю,
Знать меня не мудрено!
XXIV
- Но ты маску носишь в свете!
- Как и все.
.. -- Зачем, скажи,
Странности твои все эти.
Пошлый вид и кутежи?
Часто я тебя встречала
И любила, может быть...
Ты переменился мало:
Сердце можно ль изменить?
Но тебя томит забота,
Тайна есть в твоей судьбе,
И не выяснено что-то,
Что-то кроется в тебе...
Да, ты глубже, ты серьезней,
Чем казаться хочешь ты!
-- Слушай, маска! Час уж поздний,
Дай узреть твои черты!
XXV
Ты меня разоблачаешь,
А сама под домино.
Кстати, ужинать желаешь?
Кажется, пора давно?
-- Брось притворство хоть со мною!.
.
-- Чем же мне прикажешь быть?
Чацким? Маскою иною
Милой даме угодить?
Что же? Я готов, и с места
Стану мрачен и глубок.
С мизантропией Альцеста
Я начну громить порок.
О, я чту -- Зевес свидетель --
В наши суетные дни
Совершенство, добродетель,
В ком бы ни были они!
XXVI
Будь профессор ординарный
Воплощенье качеств всех, --
Жест ему комплиментарный
Шлю, забыв лукавый смех...
