Сведи меня с ума

— Но он не ушел как Билл, и смог признать тебя альфой, — констатировала факт Сара.

— Бете в этом вопросе легче. Их волки более смирены и уравновешены. В них нет порыва бороться за власть, доказывать свою силу. Поэтому, Дейд спокойно уступил свое место сыну, оставшись в роли советника при молодых.

— И теперь я понимаю, как он убеждает вас следовать его советам, — она развеселилась, представив, как мужчина одной рукой тянет Нисана за ухо, а второй — Алека.

— По крайней мере, он пытается. Но последнее года такое уже не выходит.

Остается только ворчать и угрожать.

— Чувствую, мне будет весело среди вас!

— Я надеюсь, что это место станет для тебя домом, — серьезно проговорил мужчина, зажав ее подбородок пальцами и смотря своим твердым взглядом прямо в ее глаза.

И Сара знала, что за теми карими глазами скрывается звериный янтарь, который действовал на нее магнетически. Губы неожиданно пересохли. Мягкость и расслабленность между ними перешла в сексуальное напряжение. Вот так легко. По щелчку пальцев.

— А я — единственным мужчиной в твоей жизни!

Ей хотелось спросить будет ли она единственной? Но Сара знала, что он не задумываясь скажет «да». Даже не подозревая, что она спросит о прошлом, а не о будущем. Но не хотела портить такой момент своими тревогами.

— Я хочу этого, — тихо согласилась она, и ее губы тут же были атакованы его ртом.

Яростно, дико, так как умеет только он. Со своей звериной властью воюя с ее языком, показывая кто среди них ведет. Зубы сталкиваются, ненасытные губы и языки переплетаются между собой, сливаясь в безумном порыве страсти.

И все же она покоряется ему, уступает в его жажде, позволяя вести. Но Сара не ощущает ни грамма недовольства по этому поводу. Наоборот, в этом ее сила.

Когда же воздух в легких закончился, и они заныли, требуя сделать нормальный вдох, Алек отпустил ее.

— Моя! — тяжело дыша, прорычал он.

Стиснув пару в своих объятиях, мужчина крепко прижал ее к себе. Сара положило голову ему на грудь, слушая учащенный ритм его сердца. Гордость заполнила ее душу от сознания, что она тому причина.

Но чертово либидо было еще той сучкой, своим зудом и тяжестью внизу живота показывая насколько ей мало одного поцелуя.

«— Тссс! Заткнись, предательница!» — мысленно приказала она ему, прекрасно зная, что только одно может успокоить эту жажду. Но пока она не готова была отступить, и Алек понимал и уважал ее решение, тем самым завоевывая доверие. Потому что вместо того, что как оголодавший накинуться на нее.