Сверхсекретный объект

– Слушаю тебя? – без предисловий спросил он.

– Необходимо срочно выяснить у задержанного диверсанта, не получил ли его командир свежее ранение, – объяснил цель своего радиовызова Кудрявцев.

– Поздно, – со вздохом ответил Федоров. – Во время перевозки в штаб задержанный умер на борту вертолета.

– Как умер?! – опешил Кудрявцев."

"– Судя по всему, от яда. Командир диверсионной группы отравил его, очевидно, решив, что после захвата ракетной установки и сканирования головной части ракеты напарник превратился в обузу.

– Вот сволочь! – не сдержался Кудрявцев.

– А ты еще сомневался, – вновь вздохнул Федоров. – Так что у тебя?

– Похоже, мы взяли след, – ответил Евгений. – В лесу имеются капли свежей крови.

– Значит, все-таки ранен?

– Похоже на то.

Федоров задумался, но, очевидно, в этот момент в штабе его куда-то позвали, и он поспешил закончить разговор:

– Продолжайте преследование и все время держите меня в курсе!

Отдав последнее распоряжение, подполковник отключился.

Сложив рацию, Кудрявцев взглянул на ходивших кругами пограничников:

– Есть что-нибудь?

– Никак нет, товарищ майор, – хором ответили двое из них.

– Тогда вперед! – распорядился Евгений. – Порядок движения прежний.

Вновь оказавшись за спиной ефрейтора-проводника, он решил воспользоваться случаем и поблагодарить солдата, которому удалось отыскать в тайге след диверсанта.

– Отличная работа. – Евгений слегка хлопнул парня по плечу. – Как зовут?

– Найда, товарищ майор.

 – Ефрейтор повернул к Кудрявцеву свое озабоченное лицо.

– Да нет. – Евгений улыбнулся. – Тебя как зовут?

– А. – Солдат смутился. – Владимиром... Смирновым.

– Вот что, Владимир Смирнов. Ты молодец. И Найда твоя тоже молодец.

– Спасибо, товарищ майор.

Владимир расплылся в улыбке, причем было непонятно, чему он больше рад – полученной похвале или высокой оценке своей собаки...

Следуя за овчаркой, поисковая группа уверенно продвигалась по тайге. Несколько раз Евгений замечал сухие обломившиеся ветки, а Найда находила на листьях и в траве свежие капли крови.

Кудрявцев поставил на боевой взвод свой автомат и потребовал, чтобы то же самое сделали пограничники. Евгений понимал, что полученное Осокиным ранение не сделало его менее опасным. Наоборот – будучи раненным, он вполне мог не отрываться от погони, а устроить засаду на пути преследователей. И Евгений не рискнул бы заранее назвать победителя такого встречного боя.