Чарльз тоже получил пару ударов, которые, вероятно, до сих пор будут проявляться на его коже в виде зеленого пятна.
— Я тебя сейчас выебу, отвратительный кусок дерьма. — Прорычал Чарльз между зубами, в то время как его губа обильно кровоточила от удара Люка, нанесенного ему после того, как он вырвался из хватки Грейсона и Спенсера.
Однако прежде чем я успел отреагировать, Чарльз сделал большой шаг к Люку, прижал его к стене и со всей силы ударил по щеке.
Как можно оттащить друг от друга разъяренных, мускулистых хоккеистов, которые липли друг к другу, как репейники, и били друг друга до крови.
— Хватит. Не заставляй этого сосунка чувствовать, что тебе не все равно.
Попытался я убедить его оставить все как есть.
— Правильно, Чарльз. Дай мне трахнуть твою сестру, и покончим с этим.
Я бы с удовольствием дал Люку в морду на глазах у всех в следующей игре. Раньше он мне никогда особо не нравился, но в тот момент я надеялся, что кто-то там наверху бережет для Люка место в аду.
Этому парню нужно было заклеить рот скотчем и сломать челюсть одновременно с тем, как уничижительно он говорил о Пейсли.
Прежде чем Люк успел ударить кулаком по Чарльзу, который увернулся от шага, а я попытался его удержать, я почувствовал, как прохладный кулак врезался в мою челюсть.
— Похоже, я все же попал в точку. — Насмехался Люк.
— Ах ты, сукин сын.
Щека запульсировала, и я почувствовал, как по ней потекла жидкость, когда я провел по ней пальцами. Посмотрев на свои пальцы и почувствовав тянущую боль на щеке, Картер размахнулся и ударил Люка по лицу.
Теперь все это определенно обострялось.
При одном взгляде на мою руку я увидел, что по щеке течет кровь.
Я и так кипел от ярости после того, как Люк начал издеваться над Пейсли, а теперь он дал мне повод разбить и его лицо. Я знаю, что вмешиваться сейчас было неправильно, но у меня было сильное желание ударить его тоже.
Но прежде чем я успел ударить его, дверь раздевалки хлопнула о стену, и в дверном проеме появился тренер Хендерсон.
— Черт побери, да что у вас с мозгами, ребята. Вы все доказываете, что можно жить без мозгов. — Прорычал голос.
Генри как-то сказал мне, что тренеру Хендерсону следовало бы служить в армии, что не удивило бы меня с таким громким цветом голоса.
— Люк, Чарльз, вы отстранены от занятий до конца тренировочного дня. Собирай свои вещи, пока я не отстранил тебя от игры на Хэллоуин через два дня.
Чарльз схватил свои вещи и в считанные секунды вышел из кабинки.
