Свет души твоей

– А почему вы так сказали? «Да кто ж ее не знает»? Бабушку мою?

- Вы сами-то не догадываетесь? – мужчина снова посмотрел на меня.

- Нет, не догадываюсь. Мы с ней редко виделись, - насколько редко я уточнять не стала.

- Ну, тогда соседи вам больше расскажут, чем я, - водитель даже улыбнулся. Видимо он почувствовал облегчение, свалив все на соседей. – Я сплетни не люблю разносить… Ни к чему оно.

Я возражать не стала и всю остальную дорогу мы проехали молча.

Дорога становилась все хуже и вскоре ветви деревьев стали царапать крышу, заставляя меня испуганно вздрагивать.

Впереди показалась пестрая арка из густых зарослей, миновав которую мы въехали в Злобовку.

- Вот мы и на месте, - водитель повернулся ко мне. – Если вдруг вы не знаете, то дом вашей родственницы во-он тот, под зеленой крышей.

- Спасибо, - я посмотрела в окно и сразу заметила кусок зеленой крыши, на которой лежали огромные ветви растущей рядом сосны.

Заплатив ему, я вышла из машины и помахала водителю рукой, когда тот развернулся.

Машина скрылась в живой арке, а вокруг меня тут же воцарилась тишина. Когда урчание мотора затихло совсем, она стала плотной как кисель, лишь где-то высоко-высоко шумели хвойные лапы.

Я стояла на дороге не в силах сделать даже шагу. Мои ноги словно налились свинцом, стали такими тяжелыми, что потеряли чувствительность.

Ветер с шорохом нес опавшую листву по дороге, скручивал ее в странные рисунки, забивал в канавки, швырял в лужи, и от всего этого во мне росло странное ощущение нереальности происходящего.

Ни людей, ни животных…

Выйдя из оцепенения, я подхватила чемодан и медленно пошла к дому с зеленой крышей.

Он был похож… похож… мне тяжело было сразу подобрать подходящее определение… На старого лешего в накидке изо мха. Крыша, стены, двери, все обросло пушистым, кое-где порыжевшим ковром. В нем запутались листья, тонкие веточки, хвоя, а еще над входом рос целый куст уже жухлого папоротника.

Калитка со скрипом отворилась от легкого нажатия, впуская меня во двор.

- Удивительное место… - прошептала я, рассматривая странное жилище. – До мурашек…

Сосна была настолько огромной, что закрывала половину двора. Под ней темнел почерневший от времени колодец, возле которого стояла скамья с широкой спинкой. Из-за угла дома виднелись еще какие-то постройки, но мне сейчас было не до экскурсии по бабкиному подворью. Нужно зайти внутрь."

"Оставив вещи на скамейке, я глубоко вдохнула и поднялась по широким ступеням на крыльцо.