Как и отец, Сьюзен никогда не отступала от задуманного, но вдобавок к упрямству и вспыльчивости отца она была наделена тихой, но неодолимой силой души так рано ушедшей матери. Шейла защищала Сьюзен от частых вспышек раздражительного и упрямого характера Алекса. Именно Шейле Сьюзен смогла признаться, что хотела бы поступить в университет, не дожидаясь окончания школы. Она чувствовала, что от природы ей досталась очень светлая голова и немалые способности. Шейла одобряла крамольные намерения падчерицы.
Вспоминая тот день минувшего лета, день, резко перевернувший их жизнь, Сьюзен однажды поняла, что до тех пор все в их семье было прекрасно и гармонично.
До того дня она могла вспомнить только один неприятный случай."
"Это произошло в жаркий июльский полдень. Была суббота. После второго завтрака отец завел с дочерью разговор о ее будущем. Особенно он напирал на то, что еще в школе Сьюзен следовало бы завести как можно больше полезных знакомств. Отец Сьюзен, при всей своей вспыльчивости, был очень простодушен, и не имел от домашних никаких секретов.
Тем более он не скрывал и своих планов относительно будущего дочери. Слушая его, Сьюзен случайно взглянула на сидевшего напротив Ларри и была поражена горьким, почти отчаянным выражением глаз сводного брата. Заметив, что она смотрит на него, Ларри мгновенно отвел глаза. Сьюзен запомнила этот момент и долго гадала, о чем же подумал тогда Ларри. Тогда она еще ничего не знала о Миддред.
После обеда Сьюзен спустилась в сад. Она с горечью думала, что никак не может набраться храбрости и сказать отцу, что будущее, которое он так настойчиво стремится навязать своей дочери, ее никак не устраивает.
Сьюзен понимала, что такое признание станет для отца болезненным ударом. И не решалась его нанести. Сьюзен говорила себе, что все непременно расскажет позже. Потом, потом, лучше к концу лета…
В тот памятный день она загорала в узеньком купальнике посреди небольшой лужайки, когда чья-то тень заслонила солнце. Сьюзен села, жмурясь от ярких лучей. Над ней стоял Ларри.
Он смотрел на сестру и улыбался. Потом опустился рядом на траву. Сьюзен всегда было приятно смотреть на его мужественное, красивое лицо с мягкими чертами лицо. Она чувствовала себя рядом с Ларри защищенной и потому спокойной. Ларри никогда никому не позволил бы обидеть свою сводную сестренку. Он был настолько же выраженным шатеном, насколько Сьюзен блондинкой. Правда, волосы Сьюзен были прямыми и послушными, а у Ларри надо лбом всегда лежала легкая каштановая волна.
