— Доктор Тернер предупреждал меня, что ты, возможно, не в состоянии будешь вспомнить многое из того, что происходило во время приступа болезни, — сказала Сьюзен, отведя глаза в сторону.
— Правильно, — поддержал ее доктор Тернер. Я сказал это вашей сестре. Но теперь в болезни произошел очевидный перелом. Думаю, новая потеря памяти вам вряд ли угрожает.
— А когда мне можно будет вставать?
— Не торопитесь. Во всяком случае, не сегодня. Врач обернулся к Сьюзен:"
"— Не надо меня провожать, милая. Я найду дорогу. Но осмелюсь заметить, что в ближайшие несколько дней брат может доставить вам много хлопот.
Он пациент не из легких.
Сьюзен попыталась, тем не менее, проводить доктора хотя бы до двери комнаты: Но Ларри крепко схватил ее за руку и, когда Тернер вышел, тихо сказал:
— Прости, что заставил тебя так сильно волноваться.
— Не так уж сильно, Ларри, — с легким вздохом ответила Сьюзен. — Не считая того, что раз или два ты спутал меня с Милдред.
— Неужели? Странно!
Ларри нахмурился и долго смотрел в глаза сестре, как будто хотел прочесть ее мысли.
Пальцы его по-прежнему держали Сьюзен за руку. На этот раз она не старалась высвободиться. А просто стояла, стараясь выровнять дыхание и заставить сердце не биться так бешено.
— Это еще что? — спросил Ларри, увидев синяки на ее запястье. — Тоже моих рук дело? — Она неопределенно пожала плечами. Ларри смущенно улыбнулся и с виноватым видом посмотрел на сестру. — Понятно. Досталось же тебе от меня! — Он помолчал несколько секунд. Потом, не отпуская Сьюзен, сказал: — Расскажи мне подробнее все, что я делал в беспамятстве.
Ты ведь не сочтешь это излишним любопытством?
У Сьюзен сжалось сердце. Она почувствовала себя на краю пропасти. Одно неверное, небрежное слово и конец? Она не удержится, упадет и погибнет, погибнет безвозвратно.
— Да ничего особенного не было, — солгала Сьюзен.
— Ничего? А эти синяки? Тоже — “ничего”?
— Но ведь ты просто не соображал, что делаешь. Например; называл меня Милдред. Был всерьез уверен, что перед тобой она. Поэтому не давал мне уйти.
— Ларри внимательно смотрел на ее запястья; как бы изучая оставшиеся на них следы своих пальцев. Потом поднял голову.
— Я не хотел тебя отпускать потому, что принимал за свою жену? Ты в этом пытаешься убедить меня?! Сьюзен!
Сьюзен почувствовала, как ее нервы сразу же натянулись как струны. Почему? Чего особенного сейчас сказал Ларри? Глубоко вздохнув, она ответила дрожащим голосом:
— Да… Я… Ты… ты был страшно болен… Тебя била болезнь. Ты бредил.
