Где же состоится этот званый ужин? В каком-нибудь из местных ресторанов?
— Почти что так. Правда, до него надо еще проехать с полсотни миль.
— Ясно…
Они проболтали часа полтора. Все это время пальцы хозяйки парикмахерской священнодействовали над головкой Сьюзен. Когда она встала, то нашла себя неотразимо элегантной. Домой Сьюзен приехала минут за десять до появления Ларри и Уэлша. Она увидела их из окон своей спальни, когда оба поднимались по ступенькам парадного крыльца. Заметив, что Ларри, скорее всего, машинально поднял голову и посмотрел на ее окно; Сьюзен отскочила в глубь комнаты.
И все же успела заметить выражение гнева на лице брата. Это означало, что предстоявший ужин обещал мало приятного. Во всяком случае, для нее. Сьюзен спустилась вниз и быстро приготовила обоим чай. Ларри по этому поводу заметил, что хотел бы ввести в свой обиход столь модное у англичан “пятичасовое чаепитие”.
— Скажу откровенно, Ларри, — улыбнулся Хью, — что если бы эта женщина уже не была вашей женой, я уговорил бы Сьюзен уехать со мной! Она совершенно в моем вкусе.
Говорю вам об этом совершенно серьезно!
— Было бы неплохо! — процедил Ларри сквозь зубы.
Сьюзен стоило большого труда не расплакаться от такого ответа. Пусть он не любит ее. Но зачем же постоянно демонстрировать враждебность? Зачем грубить? Чем, когда она заслужила с его стороны такое отношение? Или все дело в том, что она не Милдред? В шесть часов Сьюзен извинилась и, сказав, что должна переодеться, поднялась к себе. Еще на лестнице она решила, что наденет черное, облегающее фигуру платье с легкой накидкой.
Оно ей очень шло. Правда, воротничок резал шею, а длинные рукава сковывали движения. Но зато это был строгий, лишенный всякой сексуальности наряд. Однако, несмотря на скромность, он таил в себе некую загадочность. Сьюзен спустилась через час. Ларри уже дожидался в гостиной.
— Ты готова? Прекрасно.
В его голосе вновь зазвучали знакомые Сьюзен насмешливые нотки. Ларри пригубил стакан с каким-то аперитивом, бросил беглый взгляд на наряд сестры и хотел, видимо, отпустить очередную колкость.
Но Хью Уэлш как раз в этот момент вошел в гостиную:
— Боже мой, как идет вам это платье! Хотя тело, которое оно скрывает — еще прекраснее! У вашей жены очень тонкий вкус, Ларри.
— Не стану отрицать.
Сьюзен удивленно посмотрела на брата. Меньше всего она ожидала от него теплых слов.
— Если бы у нее не было такого отменного вкуса, она бы не выбрала меня своим мужем, — вдруг не без ехидства добавил Ларри.
