Свет между нами

– Вал, я знаю, я закончил наши отношения… плохо.

– Ты их не закончил, – ответила она. Никаких обвинений, но ее голос пронизывала старая боль. – Ты просто… перестал общаться со мной. А после Акапулько ты исчез.

Боже, неужели так все и было? Я сделал это? Так же Кит поступил с Шарлоттой. Меня замутило. Я еще никогда не чувствовал себя таким потерянным, брошенным на произвол судьбы во мраке, без Шарлотты, за которую можно держаться.

– Мне очень жаль, Вал. Прости меня.

– Все нормально, – в ее голосе слышалась улыбка.

Люблю, да поможет мне бог. Люблю. Я люблю Шарлотту, но еще ни разу не сказал ей об этом.

Двери наконец открылись, и Валентина проводила меня в банкетный зал.

– Ее здесь нет, – сказала она.

– Его я тоже не вижу.

– Вниз. Наверное, Шарлотта ушла, – я надеялся на это. Хотел верить, что сейчас она сидит в такси. Ненавидит меня, но находится в безопасности. «Пожалуйста, – взмолился я, когда Вал повела меня обратно к лифтам.

Казалось, мы ждали лифта целую вечность.

– Похоже, он застрял, – проговорила Валентина.

В этот момент включилась сигнализация, громкий несмолкающий звон, идущий из лифтовой шахты. Я весь заледенел.

– Нет, нет, нет! – закричала я. – Этого не будет, Дикон! Нет!

– Шарлотта, успокойся, – он хлопнул ладонью по кнопке аварийной остановки и вытянул руки в успокаивающей манере, словно загнать женщину в ловушку лифта – совершенно нормально и я паникую без причины.

– Лжец, – сердце колотилось о ребра с такой силой, что чуть не выскакивало из грудной клетки. – Ты мог поговорить со мной снаружи. А не преследовать… не загонять в угол…

Дикон возвышался надо мной, как и большинство людей, блокируя двери, и был пьян. Гораздо пьянее, чем мне казалось раньше. Его щеки покраснели, глаза блестели, но в то же время были затуманены. Самодовольная улыбка и смех уступили место ленивой и хищной ухмылке, от которой кровь стыла в жилах.

– Ты не стала бы говорить со мной там, – ответил он. – Но так даже лучше. Тут тише. И никого рядом нет.

Он шагнул вперед, и я отшатнулась назад, уткнувшись спиной в стену.

– Тут есть камеры наблюдения, – я словно щитом прикрывалась сумочкой, которую судорожно прижимала к груди. Голос дрожал так же сильно, как руки. – Охрана наблюдает за нами. Обязана.

– Ну и пусть смотрят, – придвинулся Дикон.