Свет между нами

Какой бы вид там ни был, Ной его не видит.

Я плюхнулась на постель и позвонила в Монтану. Мама ответила на втором гудке.

– Шарлотта? Все хорошо?

Этими словами она встречала любой мой звонок после смерти Криса и произносила их с притворным радостным воодушевлением. Когда ты потерял одного из двух детей, наверное, сложно не зациклиться на том, кто остался.

– У меня все в порядке, мам. Даже отлично.

Я рассказала ей о своей новой работе и бесплатном проживании. Мама множеством междометий показывала, что слушает меня, но я знала: она не вполне со мной.

– Что? О, нормально. На работе. Милая, все это звучит замечательно, но как же твоя музыка? Ты подумываешь о прослушиваниях?

– Пока еще нет, мам. Я сейчас ищу покоя и тишины. И возможно, больше денег. Кстати, об этом, я могу прислать тебе небольшую сумму.

Я ненавидела предлагать деньги так же сильно, как и просить их. Мы не бедствовали, но и не жили в роскоши. И так как маме пришлось уйти с работы два месяца назад, я подумала, что с финансами дома туго.

Однако она отказалась от денег, и я почти видела, как она махнула при этом рукой.

– Да ты что, не надо. Ты много работаешь, поэтому отдыхай, когда есть время. Домой в скором времени собираешься заглянуть?

От одной мысли об этом меня прошиб холодный пот. Видеть надгробие Криса и понимать, что он где-то там, а не с нами – улыбающийся, глупо шутящий, самый лучший из всех, кого я когда-либо знала…

– Если я нужна тебе, мам, я приеду.

– Нет, думаю, лучше не суетиться и не поднимать шум.

Глаза защипало от слез. Мама говорила как маленькая старушка. За этот год она постарела на десять лет.

– Просто наслаждайся своей новой работой и новым жильем. И не тяни со звонками нам, хорошо?

– Хорошо. Я люблю тебя, мам. И папу.

– Я тоже люблю тебя, Шарлотта. Больше, чем землю, море и небеса над головой.

По моим щекам текли слезы. Эти слова мама говорила нам с Крисом, когда мы были маленькими.

Я подождала, чтобы она первой повесила трубку. Никогда больше не буду той, кто первой закончит наш разговор. Мама сама должна решить, когда и как мы его завершим, тогда ей не придется слышать тишину там, где только что раздавался мой голос.

Пусть это и малость, но я могла сделать это для нее.

В субботу Люсьен совершил со мной экскурсию по верхним этажам таунхауса. Я поднялась за ним по лестнице, которая вела в коридор, идущий перпендикулярно ступенькам.