Свет твоей души

А еще на самом дне пакета я обнаружила несколько баночек, аккуратно подписанных на нашем родном языке: «Для зубов», «Для лица», «Для тела» и последнее, самое страшное – «Депиляция!»

Решив, что всем этим я займусь позже, оставила баночки в ванной и поспешила на выход, не забыв прихватить волоски якобы демона.

– Гном вернулся? – спросила я сразу, как только наткнулась на Силану.

Она почему-то, осмотрев меня, начала смеяться.

– Это нижнее белье, Марина! – сообщила Сила. – Надевается под платье.

Я послала ей красноречивый взгляд и развела руками.

– У нас это называется «мини». И мне оно подходит. Так гном вернулся?

Она бросила взгляд в другой конец зала хранилища, где собрались мужчины и Касэрин, и кивнула.

– И драконину достал.

– Отлично! Я иду к Брадуру.

Она остановила меня жестом и хмыкнула.

– Постой лучше здесь, – попросила она. – Не будем драконить Касэрин. Кажется, ее ревность обостряется.

Силана виновато улыбнулась и еще раз окинула с ног до головы мою скромную (или не совсем) персону.

– Ладно! Неси! – согласилась я.

Она согласно кивнула, а потом задумчиво поджала губы.

– Погоди! Ты в самом деле хочешь соблазнить Брадура? Этого дьявола?

Тут уж не выдержала я, и тоже рассмеялась.

– Кто бы говорил! Милая, прости, но дьявол достался тебе. А Брадур просто подзабыл, что он вполне даже живой мужчина, а не кусок глыбы. Вот я ему и напомню!

Подмигнув девушке, сложила руки на груди, зажимая в левом кулаке волоски. Улыбаясь, Силана направилась к компании.

– Вот! – она вручила мне теплое мясо и подмигнула. – Удачи!

Да! Она мне точно понадобится.

 Когда я открыла Кавию, его темнейшество делал вид, что спит. Именно делал вид!

Я швырнула пакет на его постель, и он вмиг открыл глаза, послав мне хмурый взгляд.

– А приборы где? – возмущенно спросил маг.

– Ты пленник! – напомнила я. – Тебе в принципе удобства не положены.

Брадур скривил кислую мину, после чего нехотя начал разворачивать пакет.

– Ты тоже хочешь попробовать? – спросил он и поднял на меня глаза. И наверное вот только сейчас и заметил, в каком виде я явилась.

Боже! Мне понадобились все силы, чтобы не наброситься на него, как мартовская кошка. Он смотрел на меня, как Сатар. С такой странной помесью надменности, насмешки, полнейшего удовлетворения и необузданной жажды.