Свет твоей души

Вот только с недавних пор все существа сего мира вызывали во мне желание забиться в темный угол и молиться всем известным богам о спасении. Поэтому естественно, я начала продвигаться вдоль стенки, да еще на всякий случай прихватила стоящую на подоконнике вазочку.

Мужчина, до этого пристально меня изучавший, удивленно приподнял бровь, а затем сжал губы, будто сдерживая улыбку.

– Бодрого утра! – весело произнес он и кивнул на вазочку. – Я смотрю, вы в воинственном расположении духа.

Я сглотнула и спрятала инструмент за спину, но движение в сторону заветного угла не прекратила.

– Ты кто? – хриплым от долгого молчания голосом спросила я. Хотела сказать грозно, а вышло сдавленно и жалко. Словно я вот-вот собиралась разреветься. Видимо, именно так мужчина и подумал. Потому что отступил на шаг, хотя и так стоял на пороге.

– Мое имя Сатар. Я смотритель южной части замка, – медленно и вкрадчиво произнес он, будто разговаривал с глупенькой.

К слову, я не могла не отметить про себя, что тембр у него был невероятно приятным.

Такой шелковистый и успокаивающий голос, будто создан для гипноза.

«А может прямо сейчас он меня и гипнотизирует» – пронеслась осторожная мысль. Я тряхнула головой и с подозрением уставилась на нежданного гостя.

– И? Что вам от меня надо?

А вот теперь я говорила, как избалованная принцесса. И тут же дала себе воображаемого пинка. Негоже так рабыням с начальством разговаривать. Но Сатар и виду не подал. Он продолжал меня пристально изучать.

У меня даже возникло ощущение, будто я ему кого-то напоминала, и он все пытался найти сходства и различия.

– Селин Тарсог велел отвести вас в купальню, одеть и накормить, – все так же спокойно огласил Сатар. – После он ждет вас в своих покоях.

А вот последние слова смотритель южной части замка буквально выплюнул. И поскольку я с ним была солидарна, то не сдержала несколько смачных ругательств.

Окинув меня странным взглядом, Сатар неожиданно смутился. Пожалуй, с ругательствами я перегнула.

Смотритель будто прочел мои мысли и кивнул. А затем со всей серьезностью произнес:

– Рот тоже придется вымыть.

Я округлила глаза и напряглась.

– А хочешь сделку? – предложила я. – Я послушно пойду за тобой, куда скажешь, и даже разрешу себя помыть. Обещаю, не буду орать, цепляться за стены и мебель, бить тебя по рукам, пинать ногами и бодаться.

Сатар задумался, явно пытаясь представить подобную сцену. И она почему-то его веселила.