Свет твоей души

Теперь он стоял ближе, всего в десяти шагах, но я все равно не смогла разглядеть его лица. Будто его прикрывала какая-то магическая дымка. Лишь тонкие губы расплылись в довольной улыбке.

– На колени, – оборвал мои мысли грубый голос эльфа. Он был пьян. Осушив до дна держащий в руке кубок, Анэль выбросил его себе за спину.

– На колени, я сказал, – заорал он. – Ведьма.

Я словно впала в ступор. Сатар говорил что-то о послушании, но я просто физически не могла пошевелиться. И чувствовала на себе изучающий взгляд незнакомца.

Он никак не реагировал – ни словом, ни мимикой, ни жестом. Будто его вовсе не было в комнате, он лишь наблюдал. У меня даже возникла мысль, что он призрак, которого могла видеть только я.

Анэль начал приближаться, шатаясь в стороны с каждым шагом. А я лишь шире распахнула глаза, готовясь к неизбежному. Вот сейчас он меня ударит, и будет больно.

Психу не хватило буквально шага. Он бестолково споткнулся об собственные ноги и приземлился около меня. А я все продолжала смотреть на него и думала, что теперь он будет еще злее.

Эльф застонал, поднял голову, сжал губы, открыл рот и вновь его закрыл, будто передумал говорить. Но в итоге все же выдал:

Я в свое оправдание протянула запястья, демонстрируя браслеты.

– Ты, – не согласился Анэль. –  Во всем твоя вина.

Он медленно поднялся, встал напротив меня, но смотрел поверх головы.

– Ты за все заплатишь, – обещающе прошептал он. С такой ненавистью и отчаянием в голосе, что у меня не возникло сомнений в правдивости его намерений.

Я невольно бросила взгляд на незнакомца, а тот все продолжал смотреть в мою сторону, и никак не реагировал.

А затем эльф громко заорал, испугав меня до одури.

Я вскрикнула и отскочила в угол, и в тот же момент двери спальни распахнулись. Вошли двое слуг, они тащили еще кого-то. Я узнала лицо, лишь когда ношу бросили на пол под ноги незнакомцу в накидке. Это был тот милый слуга, который мыл меня в купальне. Калиф. Я не видела на нем крови, но и признаков жизни паренек не подавал.

Анэль поморщился и приказал слугам выйти.

Сам он вальяжно расселся в кресле и налил себе выпивки. Повисла гнетущая тишина, не предвещающая ничего хорошего.

Казалось, на меня больше никто не обращал внимания. Блондин погрузился в собственные мысли, глядя в окно, мужчина под накидкой теперь рассматривал бедного парня. А я вжалась в угол, пытаясь бороться с охватившей паникой.

– Подойди, – неожиданно раздался голос незнакомца. Точнее, это больше походило на шипение. И оно повторилось.