Свет в ее глазах

Я не знаю, что решит Блейк, но мне было очень жалко Елену. Да, она была отвратительной женщиной, но вместе с тем ей пришлось столкнуться с поистине страшными вещами.

Я непонимающе взглянула на него.

– Говоришь, Гарри бросил тебя одиннадцать лет назад? Тогда, когда ты приехала к отцу и стала петь ему о неземной любви и о воссоединении с сыном, тогда, когда погибла Стефани? – спросил он.

Елена округлила глаза, ее лицо побелело.

Пазл стал складываться и в моей голове.

– Ты ведь вернулась, потому что тебя бросили, не так ли? Ты вернулась, и из-за тебя погибла женщина, которую я считал своей матерью.

– Блейк, все не так…

– Ты узнала о том, кто поджег гараж пять лет назад, но рассказала мне только сейчас, – размышлял Блейк. – Потому что был кто-то еще, верно? Другой мужчина. Но он тоже тебя бросил, поэтому ты сидишь здесь. Ты не сказала бы мне правды, но у тебя нет другого выхода.

Елена молчала, потому что Блейк был прав во всем.

– Все не так, – заскулила она, хватая его за руки.

Мне казалось, что он взорвется.

– Я прощаю тебя, – сказал Блейк, перебивая бормотания матери.

– Я знаю, о чем ты думаешь. Так мне и надо. Получила, что заслужила.

– Нет, я так не думаю. Мне жаль, что с тобой произошло нечто подобное, правда жаль.

Елена промокнула щеки салфеткой, на ее губах появилась улыбка облегчения.

– Не называй меня так никогда, – строго сказал он. Елена нехотя кивнула. – История была душещипательна, но это совершенно ничего не меняет.

Блейк взглянул на меня, и наконец морщинка между его бровей исчезла.

– Я голоден, может, сходим куда-нибудь пообедать? – спросил он, а затем окинул взглядом кафе. – Куда-нибудь, где не будет висеть столько пластмассовых фруктов под потолком.

– Да, – выдохнула я.

– Мне пора, – кивнул Блейк Елене. – Удачи тебе.

– Но как ты можешь так поступать со мной? Я же твоя мать.

– Стой, – крикнула она, привлекая всеобщее внимание. – Я в ужасном положении. Я на мели. Мне некуда пойти, я живу в дешевом мотеле с клопами, где ко мне постоянно пристают мексиканцы. Я потеряла все. Дом забрали из-за долгов, все мое имущество конфисковали. Я не знаю, что мне делать.

– Вот в чем дело. А я все думаю, откуда вдруг порыв к общению с сыном, которому за столько лет ты не прислала ни единой открытки.