Свет в ее глазах

 – Значит, пока Хэтфилд-старший держит тебя на поводке, отелями заправляет любимый сын?

Джоанна была первой девушкой, которую я подпустил к себе, позволил перешагнуть порог. Но она, как самый отвратительный гость, прошлась в грязной обуви.

Этого больше не случится. Своей выходкой она оказала мне честь и напомнила, почему я так ненавижу дерьмо, которое люди называют чувствами. Я смотреть на нее больше не могу, не то что разговаривать, но если нам придется работать вместе, то я потерплю.

Она не ответила. Губы ее задрожали, словно она готова была расплакаться.

Я видел, как она прикусила щеки изнутри, и решил немного сбавить обороты. У нас еще будет очень много времени повеселиться.

– Хорошо, братишка-пижон решил нанять нас. А отказать ему ты не пробовала? – серьезно спросил я.

– Отлично, значит, теперь нам придется работать вместе, – недовольно бросил я.

– Думаешь, меня это обрадовало? Ты последний человек, с кем мне хочется вести хоть какие-то дела, – дерзко выдала Джоанна. – Но я профессионал, Блейк, поэтому мне не составит труда вести с тобой деловые отношения.

И я надеюсь, что для тебя это тоже не проблема.

Я усмехнулся, вглядываясь в ее профиль. Лицо Джоанны было напряжено, нос, как и щеки, покраснел, и… Она плакать собралась что ли?

– Для меня это не проблема, – сказал я, не в силах оторвать взгляда от ее лица.

Несколько часов назад я хотел забыть ее, а не заключать контракт с империей ее семейки. Видимо, у судьбы другие планы.

После встречи с Джефферсонами я отправилась домой.

Мы с братом сошлись на том, что мне будет лучше отдохнуть и набраться сил. Перелет выдался тяжелым. Однако Конрад не знал, что дело было не только в перелете. Дело было в нашем новом исполнителе.

Стоило увидеть его, и на меня нахлынули неприятные воспоминания. Я снова переживала тот момент, видела, словно в замедленной съемке, как Блейк говорит мне, что просто играл со мной. Я была для него частью спора. Все, что было между нами, все, что я считала таким реальным, оказалось ложью.

Я думала, что давно пережила и проработала тот момент. Однако видеть его снова – тяжело для меня. К этому я совсем не была готова. Мне огромных усилий стоило сохранять спокойствие. Я чувствовала родной запах, видела черную рубашку на нем и холодный, ненавидящий все живое взгляд, и не смогла больше этого выносить.

Сегодня я увидела его настоящего, не скрывающего свое нутро. Ему не нужно было больше завоевывать доверие, чтобы воспользоваться моим телом.