Свет в ее глазах

В который раз я достал телефон из кармана куртки и проверил, не прислал ли он сообщение. Может, пробка.

Сегодня мне нужно побывать в отеле. Посмотреть, как продвигается работа на объекте. Ну и зайти к мисс Хэтфилд, ведь она до сих пор не отослала мне заявку на меблировку и оборудование для казино.

– Блейк, – послышался знакомый, но уже давно позабытый женский голос.

Тогда я слишком мало понимал в этом. Забывают обычно сумку, документы, ключи, можно забыть заплатить штраф или забыть о встрече. Но забыть своего ребенка?

Если бы не отец, который рассказал мне о ее приезде, я бы подумал, что схожу с ума.

Или, что попал в кошмар, где мне придется видеть ее лицо до конца своей жизни.

Меня передернуло от отвращения и злости.

Этого только не хватало.

Обернувшись, я встретился взглядом с женщиной, которую не видел уже около десяти лет и не ожидал увидеть в будущем. Она почти не изменилась. Только взгляд стал тяжелее. Никаких морщин, седины, надо отдать должное ее косметологу и пластическому хирургу. На ней было бежевое пальто, на плече в тон ему сумка, руки спрятаны в карманах.

Волосы пострижены под аккуратное каре и выбелены так сильно, что сольются с зимним пейзажем.

Когда Елена ушла, мне было шесть лет. Почему-то она решила сделать это в середине моего учебного года.

В то утро я, как обычно, встал с постели и спустился на кухню, ожидая увидеть ее за барным островом с чашкой кофе и журналом о светской жизни. Но ее там не оказалось.

Должно быть, она заболела, подумал я и решил проверить родительскую спальню.

Там Елены тоже не было, как и половины ее личных вещей.

Десять минут я искал ее, проверяя каждую комнату в доме. А потом заметил отца, разговаривающего по телефону. Так и открылась неприятная правда. Оказалось, что моя мама ушла.

– Меня не пускали к тебе на работу, тебе следует уволить охрану здания, – посоветовала Елена.

– Зачем? Они прекрасно выполняют свою работу.

Елена, как всегда, не успела поздороваться, а уже задрала нос так высоко, что по нему вполне можно было забраться на небо.

Такой она была всегда, даже со мной.

– Нам нужно поговорить, – сказала она, вытаскивая руку из кармана пальто и запахивая воротник.

Я ужаснулся, увидев ее руку, хоть и старался сохранять внешнюю безразличность. Все ее запястье было в бугристых шрамах. Светлую кожу словно пожевали и выплюнули, она была фиолетово-красного цвета. Ее рука будто побывала в огне.

– Нам не о чем говорить, Елена, – холодно отрезал я, выглядывая Лукаса и машину.