Свет в ее глазах

– Оно очень идет тебе, – медленно произнесла я, замечая возле фуршета не семидесятилетнего деда, о котором говорила Барбара, а Одри.

– Да, этот фасон будто создан для моей фигуры, – пока Барбара перечисляла достоинства платья, я не могла оторвать взгляда от своей давней неприятной знакомой.

– Что она здесь делает? – задумчиво спросила я.

– Кто? – Барбара повертела головой и наконец заметила Таннер. – Чертова сука, я сейчас пойду и выскажу ей все, что думаю о ней.

Я схватила подругу за руку и не дала ей отойти от меня ни на шаг.

– Не смей, лучше сходи вон к тому столу и возьми мне тарталетку, пожалуйста.

Барбара не сдвинулась с места.

– Пожалуйста, – повторила я. – Предоставь этот разговор мне.

– Ладно, – помолчав немного, фыркнула Барбара и направилась к столам.

Одри, облаченная в шикарное темно-зеленое платье, остановилась в двух шагах от меня.

Если она здесь, то здесь может быть и Блейк, а еще Кайл, Джим и Майя.

– Официантка, – вызывающе протянула она. – Здравствуй.

Моя бровь дернулась, в остальном я не показала своей внутренней нервозности.

– Я не официантка, разве ты не знаешь этого?

– Знаю, но это клеймо приклеилось к тебе надолго.

Слова Одри меня разозлили, но я обещала себе не реагировать на подобные провокации.

– Тебе интересно, что я здесь делаю? – спросила она, ведь ее предыдущую реплику я оставила без ответа.

– Абсолютно не интересно.

– Мы пришли сюда с Блейком, – сообщила она, одной фразой выбивая воздух из моих легких.

Он никто для меня, мой парень Эрик, но почему-то глупое сердце забилось в два раза быстрее, разгоняя кровь по всему телу и заставляя меня мучиться от приливов жара.

– Как пара, – добавила она, наблюдая за моей реакцией.

Переборов предательское волнение в груди, я рассмеялась. Одри выдумывает, Блейк никогда не будет с ней. Он не замечал ее раньше, не заметит и теперь.

– Тебе не нравится то, что Блейк спит с другими, но ты так влюблена в него, что готова ждать, когда он наконец обратит на тебя внимание.

Таннер разозлилась, это хорошо было заметно по ее разъяренному выражению лица, однако лишь на мгновение в ее глазах проскользнуло кое-что иное, что-то вроде отчаяния и печали, она понимала, что я права.