Кто знает… одно совершенно ясно — в долгие перерывы между боями и «кормежкой» тесака, я действительно становился слабее. Думаю, каменное оружие оттягивало из меня часть жизненной силы и делало это постоянно."
"Одним прекрасным днем моего путешествия я увидел впереди зыбкие очертания высоких гор. Ближе к вечеру мираж превратился в реальность, дрожащие очертания стали резче, показались блестящие снежные вершины подпирающие небеса. Перед взором появилась цель, и я стал двигаться быстрее, все чаще переходя на бег и все реже останавливаясь.
Питался я птичьими яйцами, всегда беря из гнезда лишь одно и не трогая те гнезда, где лежало единственное драгоценное яйцо, надежда и гордость пернатых родителей, что с плачем летали у меня над головой. Иногда мне попадалась рыба — будто сам Создатель подталкивал волну и вместе с ней выплескивал на песок бьющуюся рыбину. Постоянно встречались на моем пути ручьи с чистой холодной водой, попадались и реки. Что за обильный край! Тут можно легко прожить безо всякой охоты и хлеборобства! Достаточно наклониться несколько раз и поднять с земли пищу! Трудно ли высосать яйцо и сложно ли запечь в глине рыбу?
Я о много думал во время пути.
Много нерадостных мыслей приходило мне в голову. Мыслей обо мне. Мыслей о Подкове. Я давно уже не человек. Пора признать это. Я нелюдь. Странная, разумная, чувствительная и не потерявшая некоей… праведности? Но я нелюдь. И мне не место среди обычных людей. Так что же мне делать? Как поступить?
От этих мыслей меня спасло лишь окончание долгого путешествия.
Воздух стал холоднее, я вошел в густую тень отбрасываемую величественными горами, под ногами захрустели участки до сих пор нерастаявшего снега, которого почти не касалось солнце. На моем пути стали попадаться странные рисунки и некие сооружения, представляющие собой сооруженные из камней и костей груды, пирамидки, круги, рисунки на земле. Я не жалел времени чтобы уничтожить их. Это шурдские творения. Их извращенные понимания об искусстве и красоте? Или это особые места для проведения темных ритуалов? Неважно.
Я уничтожал все, что только мог уничтожить. Разбрасывал камни, ломал и крошил кости, разжигал под намалеванными на скале рисунками дымный огонь, дабы закоптить изображения и странные буквы. За моей спиной не осталось ничего напоминающего о расе шурдов. И знание этого согревало мое сердце. Я намеревался стереть из мира любое упоминание о расе темных гоблинов. Я разорю все их капища. Предам огню и разрушению все ими созданное.
