Свежий ветер (СИ)

На одном дыхании я вошел в нее, и ответом мне стал вскрик удовольствия, вырвавшийся из ее горла. Под аккомпанемент резких вздохов и стонов мы покрывали губы, щеки и шеи друг друга полупоцелуями. С каждым глотком воздуха мне хотелось большего; прижав ладонь к ее пояснице, я притянул Шепард ближе, и она выгнулась мне навстречу. Мой мир состоял лишь из женщины подо мной, из ощущений, даруемых движением ее сильных мышц под мягкой кожей, из ее высоких стонов и сбившегося дыхания, из сокрушающего осознания, что я держу в руках что-то, о чем мечтал так долго.

Словно имеющегося контакта было мало, словно существовал способ оказаться еще ближе, Джена обхватила меня ногой, и я провел ладонью по ее бедру.

Я почувствовал, как Шепард напряглась, как участилось ее дыхание, прежде чем все ее тело содрогнулось; ее внутренние мышцы раз за разом сокращались вокруг меня, а затем волны удовольствия отступили, оставляя ее совершенно обессиленной. Сорвавшийся с ее губ протяжный стон стал всем, что мне потребовалось, чтобы последовать за ней.

"

"Неистовое сердцебиение постепенно замедлялось, а я целовал ее: неторопливо, наслаждаясь каждой секундой, до тех пор, пока тело не обволокло приятной негой.

Немного отдышавшись, я улыбнулся. Лицо Джены раскраснелось, и когда она открыла глаза, в течение какого-то мгновения между нами не стояло ничего: ни барьеров, ни притворства, лишь сладкое удовлетворение и нежное касание носов.

Мне хотелось, чтобы этот момент никогда не закончился, однако я не был глупым: я не мог требовать от Шепард тех же чувств, что испытывал к ней сам.

Разумеется, спустя несколько секунд ее брови игриво выгнулись, а на лицо вернулось более знакомое мне соблазнительное, насмешливое выражение. Нацепив схожую гримасу, я освободил ее от своего веса и растянулся рядом, позволяя крови прилить обратно к голове – так просто, словно делал это уже в сотый раз. Джена вновь закрыла глаза; ее дыхание все еще оставалось прерывистым, а пот капельками росы покрывал лоб.

Мне так хотелось протянуть руку и убрать с ее лица волосы, снова поцеловать ее, но я не знал, могу ли. Возможно, время для этого прошло, и я, таким образом, выйду за некие рамки. Я не понимал, что ей нужно от меня, и как я сам относился к идее вести себя так, словно не случилось ничего особенного. Может быть, я так спокойно это принял только потому, что находился в ее постели, и был готов на что угодно, лишь бы оказаться ближе к ней.